Сердце дракона. Том 11

Они замерли, видя перед собой фантом древнего волшебника, который, по преданию, одним своим словом мог зажечь или погасить звезду. Вторым словом, создать из облака великую Империю, а третьим заставить даже богов его слушать.

Ударом посоха он мог поднять из пучин океана вулкан, взмахом ладони заставить его извергать лаву, а дыханием превратить её в прекрасный сад огненных деревьев.

И все это могущество, которое не поддавалась пониманию даже таких адептов, как Акена и Хаджар, было сосредоточено вокруг них.

– Да, великий мудрец, – вновь поклонилась Акена. – Все, что угодно.

– Все, что угодно, – повторил волшебник с разноцветными глазами. – Не разбрасывайтесь, впредь, подобными словами, юная леди. Слова имеют слишком большую силу, чтобы ими пренебрегать. Словами был создан этот мир. Словами были созданы и вы. Когда ваш отец сказал слова вашей матери, появились вы. И слова же станут нашей погибелью, когда их произнесет тот, кому суждено оборвать наш жизненный путь.

– Спасибо за наставление, великий мудрец, – еще глубже, хотя это казалось невозможным, поклонилась принцесса. – Я его не забуду.

– Не забудешь, – кивнул волшебник. Он говорил это так, словно не сомневался в истинности произнесенных им слов. – А теперь…

Он подошел к ней еще ближе, протянул туманную, иллюзорную ладонь и коснулся щеки. Вытянув большой палец, он провел им пол глазам Акены.

Принцесса не вскрикнула, не вздрогнула, она, казалось, и вовсе не понимала что происходит. Хаджар же, подскочив, поймал разом ослабевшую девушку.

Она обмякла в его руках и Хаджар бережно опустил принцессу на траву и мох.

– Что… что произошло? – спросила она.

– Как вы себя чувствуете, принцесса?

Акена слегка улыбнулась.

– Я ведь уже говорила… называй меня Акеной. И почему… ты так обеспокоен.

Почему Хаджар был так обеспокоен? Да потому, что он понимал, что происходит. Он смотрел на слегка бледное лицо ослабевшей девушки. На её смешные веснушки, россыпью лежащие на носу и щеках. На милые ямочки, на густые, четко очерченные брови в разлет. На густые, яркие, будто огонь, рыжие волосы.

Но одного он не находил – зеленых глаз.

Там, где раньше сверкали изумруды, теперь блестел снег и провал тьмы.

Акена лишилась цвета своих глаз. Белая, едва заметна на фоне белка глазного яблока, радужка окружала точку мрака черного зрачка.

– Что ты сделал с ней, маг? – прорычал Хаджар.

– Глаза, зеркало души, юный воин, – прошептал фантом. – Так говорили древние. И мудрость этих слов велика. Я забрал её зеркало.

Хаджар, положив Акену на камни, выпрямился и указал Синим Клинком на грудь волшебнику.

– Верни, – твердо произнес он.

– Цена была оплачена, юный воин, – в голосе волшебника звучали печаль и сострадание. – Я не могу нарушить баланса.