Главная проблема дракона

Брюнет же, видимо, решив, что я не поняла сказанного им, решил пояснить:

– О том, что я дракон. И, увидь нас кто вместе, Ричарду пришлось бы бросить мне вызов. Вот я и решил не предавать нашу с тобой встречу огласке. Но только и подумать не мог, что такая милая, ранимая и хрупкая на вид девушка может мило, если не ранить, то сломать…

С этими словами Хант обхватил свою переносицу и все, что ниже, и резко коротко дернул. Мне показалось, раздался хруст. Зато, когда брюнет отнял руку от лица, его гуля была не скособоченной, а прямой. Почти римский профиль, чтоб его!

Правда, кровь все также текла, но, кажется, Ханта это уже не сильно заботило. Он провел ладонью, стирая красные следы, а затем пробормотал заклинание. Кажется, это были регенерационные чары.

– То, что ты решил поговорить приватно, я и так поняла. О чем? – повторила я свой вопрос.

– А-а-а… Ты про это спрашивала… – протянул Хант и попытался пригладить пятерней взлохмаченные волосы. Попутно вычесал из головы пару веточек, лист, жука и последние здравые мысли, не иначе. Потому как почти тут же лицо дружка принца приняло слегка глуповато-извиняющееся выражение.

Ну прямо этакий рубаха-парень, который оступился, сел в лужу и, не зная, что дальше делать, на всякий случай улыбается. Вот только я на этот образ уже не купилась.

Поскольку походил на повесу из романа Хант только отчасти, когда хотел, чтобы его таковым считали окружающие. Похоже, он притворялся… так же, как и я!

Тогда кем же был брюнет на самом деле, если не весельчаком и гулякой? Судя по тому, как ловко, я бы даже сказала профессионально, он меня сцапал, а потом аккуратно, не оглушив ударом по голове, не сломав пару ребер, да даже, кажется, ни одного синяка не поставив, утащил в заросли, вывод напрашивался один. В подобных вещах у него явно уже был опыт… И зародившиеся подозрения превратились в вопрос, который я задала вроде бы в шутку:

– Ну не интересоваться же мне тем, где ты так ловко научился… умыкать людей? Стащил меня, точно шпион – осведомителя для допроса.

И хотя при этом на лице я изобразила беззаботность не хуже, чем у брюнета, сама меж тем внимательно отслеживала реакцию дракона. Буквально на долю мгновения увидела, как мужские зрачки расширились, а губы плотно сжались. Всего доля секунды, на которую на лице Ханта промелькнуло недовольство, сказала больше, чем он сам за все время нашего похитительного (и ни разу не восхитительного) разговора.

– Это нужно еще посмотреть, кто из нас шпион, – подхватив мой ироничный тон, отозвался друг принца. – Ты прости, что так получилось. Просто не ожидал такого сопротивления. Думал, по-быстрому выдерну тебя с аллеи – никто не заметит, а ты оглянуться не успеешь – я уже перед тобой.