Сердце Дракона. Одиннадцатый Том. Часть 2

На перекрестке четырех дорог — символе четырех миров, она писала символы собственной кровью. Пусть и красная, но слегка мерцала, давая понять, что принадлежала отнюдь не человеку.

Узоры различной сложности появлялись под светом звезд и любой, кто проходил бы в этот момент мимо, ощутил бы изменения в реальности.

Тени будто становились плотнее. Тьма — гуще. Ветер — суше. А звездный свет обретал очертания ударов какого-то жуткого оружия, отдаленно похожего на взмахи серпа или, может, косы.

Закончив чертить, Аркемейя поднялась и, скрестив руки, начала качаться в трансе произнося при этом слова на древнем языке. Языке, который не должен был знать ни один смертный человек.

Но Аркемейя его знала.

Потому что она не была ни смертной, ни человеком.

Навсегда зависнув на границе двух миров, она несла в себе кровь и людей и демонов. И именно поэтому умела говорить на их языке.

Она нараспев повторяла слова призывающего заклинания, а затем с силой провела кинжалом по ладони.

Взмахнув рукой, Аркемейя оставила в воздухе алую арку, очерченную каплями крови. Она выбрала ту область, где почти не было звезд — на границе горизонта и вселенной.

И, вопреки всем законам мироздания, капли крови не упали на землю, а так и остались висеть в воздухе. Затем из них сформировались те же символы, что и на земле. Засияв и замерцав, они слились воедино и действительно образовали арку.

Арку, из которой кто-то вышел.

Он был высок. Выше Аркемейи.

Под его ногами копошились черные сгустки — комочки чужих страхов и кошмаров. Его тело прикрывал длинный серый плащ, в прорезях которого виднелись хищные клыки и жуткие глаза. Лицо скрывала широкополая серая шляпа, через разрез которой виднелся один единственный алый глаз.

Углем он сиял на бледном, даже белом лице.

В руках существо держало истекающую кровью сферу.

— Дочь низшего… от такого отребья как ты, я жду поклона.

— От меня ты можешь дождаться только этого, — Аркемейя сплюнула под ноги существу, способного уничтожить её одним своим желанием. — Знай, Хельмер, Повелитель Ночных Кошмаров, от меня нет страха к тебе. Лишь презрение.

Когтистая лапа, покрытая жуткими струпьями и рубцами, которая только что была ухоженной, белокожей рукой, потянулась к горлу Аркемейи, а затем повисла в воздухе.

Широкая улыбка обнажила клыки, заменявшие Хельмеру зубы.

— Милая моя красавица, не будем ссориться, — эмиссар князя демонов уселся на стул, мгновенно сформировавшиеся под ним из сгустков чужих кошмаров. Выглядело это настолько же жутко, насколько и омерзительно. — Итак, дорогуша, ты принесла то, зачем я тебы посылал?

Аркемейя взмахом руки выкинула на землю пять килограмм алых кристаллов.

— На этом наша сделка закрыта? — прошипела она.