(Не) Лишняя для дракона

Когда за Троем захлопнулась дверь, Тратти обессиленно упала на стул, на котором только что сидел этот грубиян и застонала.

— Ужас, меня отшлепал гермафродит!

Дорогой читатель. Спасибо за комментарии и  лайки. Мне очень-очень приятно!

Глава 19. Если нет перемен к лучшему, значит, не все так плохо.

В этот день Тратти так и не решилась выйти из каюты. Приступ странной слабости уложил ее в кровать сразу после ухода грахха. И только к вечеру она пришла в себя настолько, что могла передвигаться без опасения упасть. Лила принесла ей ужин в каюту и сообщила, что на следующее утро после завтрака всех леди ждут на верхней палубе.

Утром Тратт, умывшись и быстро перекусив, надела новый наряд из сундука. На этот раз нежно-зеленый с серебряными вышитыми звездочками, а тапочки с серебряными бусинами на носках. Лила заплела ей волосы в красивые косы, которые соединила между собой сложным плетением и накинула на голову девушке вуаль.

— На палубе жаркое солнце. Лицо покраснеет и будет шелушиться — объяснила она.

Тратти шла за служанкой по переходам и лестницам корабля, с интересом оглядываясь вокруг. Даже чувствуя волнение от предстоящей встречи с сестрой и подругами, она, не уставая, вертела головой во все стороны, стараясь рассмотреть и запомнить как можно больше. Беспокойство по поводу возможной встречи с несносным граххом Тратти с самого утра старалась засунуть как можно дальше. Куда-нибудь, где заканчивались подошвы ее тапочек, и начинался пол корабельных коридоров.

Проходы, по которым ее вела Лила, были узкими и низкими, как и потолок в ее каюте. Стены обшиты простыми вощеными досками. Никаких украшений, все лаконично и везде чистота.

Корабль был довольно большой, с несколькими палубами, длинными коридорами и множеством лестничных переходов. Добравшись до узкой винтовой лестницы, ведущей наверх, девушки начали осторожно подниматься."

"На широкой верхней палубе Тратти зажмурилась от обрушившейся на нее ослепительной лавины солнца. На некоторое время ее глаза ослепли, а уши заложило от шума воды, свиста ветра и криков чаек. Когда удалось проморгаться, она завопила, как труба королевского герольда и кинулась к тонкой фигурке, стоявшей неподалеку у корабельных поручней.

— Стеф, Стефи!

Девушка вздрогнула, резко обернулась и бросилась к Тратт с изумленным криком.

— Тратти, ты тоже здесь! О, Триединый! Сестренка!

Девушки крепко обнялись и застыли. У младшей глаза сразу оказались на мокром месте, она зашмыгала носом, утыкаясь сестре в плечо. Стеф крепилась, но и ее глаза подозрительно заблестели.

Она нежно поглаживала младшую по спине и бормотала какие-то успокаивающие слова. Тут к ним с радостными воплями подскочили остальные девушки.