Месть невольницы. Истинная для дракона

Здесь Арлан обратился в большого черного дракона, который склонил голову перед ней, приглашая усесться сверху. Не думая о том, как выглядит со стороны и что делает это впервые, она забралась на шею и схватилась за выступающие шипы. Надеясь только, что успеет. Что сможет помочь.

— Давай же скорее, прошу, — повторяла она дракону, который изо всех сил старался ускориться и лететь аккуратно одновременно. Но страх уронить мать наследника с такой высоты побеждал, поэтому догнать быстрого дракончика и дракониц удалось только в гуще сражения.

От открывшейся картины сердце Эммили замерло на секунду. Всюду шел неравный жестокий бой. Их людей вражеские драконы поливали сверху огнем, а черные старались оттеснить противника, цепляясь тем в глотки, сбивая налету. Те, кому не повезло, и противник побеждал в схватке, падали с высоты, разбиваясь о землю.

Они проиграли. Это было очевидно. Разглядеть внизу Арселя точно не получится. Аман метался от одного врага к другому, концентрируя выброс силы и уничтожая их по одному. За ним, прикрывая со спины по бокам, следовали трое из пятерых дракониц. Были ли ранены остальные или присоединились к общему бою, Эммили не знала. Да и не узнала бы их в таком беспорядке.

Арлан, изначально правильно понимая её мотивы, приблизился к Аману так, чтобы она могла говорить с ним. Сначала чужие грязно-серые драконы не понимали, почему один за одним без видимых повреждений стали падать их товарищи. Пока кто-то не заметил самого маленького дракона тут и, видимо, не понял, что им повезло встретить наследника трона черных.

За те несколько минут, что длился их полет сюда, Эммилия задумала сразу несколько вариантов, из который каждый предполагал не только и не столько спасение всех, сколько, разумеется, сына. И только здесь, заметив, как с нескольких сторон к её ребенку направляется сразу с десяток, если не больше, врагов, поняла, что ни один из её вариантов не подходит. Даже если она сейчас передаст сыну силу, если сильно постараться, ведь его резерв уже и так был наполнен ею максимально с прошлого раза, возможно, ему и удастся не подпустить, и даже уничтожить преследователей, — но вместе с ними и всех своих, кто окажется рядом. Вообще всех. Или же сила из-за большого разброса и вовсе не сработает.

Спасать жизнь сыну ценой жизни его же подданных, некоторые из которых защищают его здесь добровольно, она не могла. Как минимум потому, что мальчик всю оставшуюся жизнь будет считать себя их убийцей. Думала, удастся увести его до того, как заметят, убедить улететь, но не убивать всех вокруг.

И тут Эммили решилась вновь. Поставив на кон всё. Свою жизнь, Арлана, даже сына. Если не получится то, что она задумала, то и любой другой план уже явно не сработает.