Месть невольницы. Истинная для дракона

Все были в недоумении, как молодой госпоже удалось выжить и излечиться — она сейчас просто спала. Лекарь после осмотра заключил, что была применена сила Великого, и это всё не иначе как его благословение и чудо.

Пусть пока думают так. А он тайком покажет племянника жрецу. Такого не должно было быть. И не известно, что можно ожидать, если эта история станет общим достоянием.

Он был закрыт в своей башне, не имея права даже смотреть в окно, чтобы случайно не нарушить данную клятву. Вдруг тогда Великий накажет его и снова заберет жизнь у Эмми? Так нельзя рисковать. И он не будет. Как бы ни хотелось убедиться, что она жива. Нет. Лучше пусть мучается он, чем с ней что-то снова случится.

Как же страшно было, не обманул ли старый жрец. Не посмеялся ли над ним, как он сам когда-то посмеялся над ней…Почти каждую ночь ему снились обрывки приятных воспоминаний, а иногда — что он убивает её.

Будто это он сам бьёт её плетьми в подвале, выжигает на ней клеймо, пока она просит его о помощи и умоляет о прощении. И он видит, что причиняет ей боль, но почему-то продолжает до тех пор, пока она не теряет сознание. А потом, держа её безжизненное тело на руках, он захлебывается в слезах. И только тогда просыпается от ужаса.

Но наверное даже у отчаяния есть лимиты.

Сегодня Азар просто сидел на полу, облокотив голову на ладони и смотрел а одну точку, уже больше кажется ничего не чувствуя. Спустя долгие семь лет он, кажется, сдался. Признал свою вину безоговорочно, принял то, что больше никогда не увидит её и сына, смирился с тем, что заслужил это всё. И тут раздался шорох крыльев, а в разбитый витраж влетел чёрный дракончик.

Аман! Король встал, но даже так смотрел снизу вверх на сына, который не покидал вторую ипостась. Его огромная голова склонилась и уткнулась ему в живот.

— Что такое, Аман? Что-то с Эммили?

Сын качнул головой и улегся к его ногам. Азар снова опустился на пол рядом, поглаживая горячую чешую.

— Я так скучаю по тебе. И по твоей маме... Когда-то я совершил ужасные вещи, которые она мне никогда не простит. Я очень виноват перед ней и перед тобой. Но рад, что ты здесь сейчас. Может и она когда-нибудь сможет смотреть на меня иначе... Аман?

Дракончик спал практически на его коленях. Азару было жутко от того, что могло произойти плохое с Эмми, но сын не выглядел расстроенным. Однако что-то было точно не так. Нечто странное происходило с его энергетическим полем. Оно искрилось и... и дракончик вдруг рассыпался на миллионы светящихся точек. Азар вскрикнул.

В башне он был один.

С того дня, как жрец потребовал от него затворничества прошло вроде чуть меньше недели. И с тех пор каждую ночь он боролся со сном, чтобы не видеть этих кошмаров с Эммили. Но сын ему привиделся впервые. Король тяжело дышал, когда услышал быстрые шаги на лестнице.