Как сбежать от дракона и открыть свое дело

Ильгевейн пронзила взглядом корзину, потом посмотрела на меня, и снова устремила взор на пристанище Фила. Мне показалось, что ивовые прутья вот-вот задымятся. Или не показалось? В глазах ведьмы появился вполне такой отчетливый огонек, а на кончиках длинных ногтей ухоженных рук возникли крошечные красноватые язычки пламени.

— У тебя там не ворон! — воскликнула ведьма, потянувшись через стол и едва не посбивав стопки с мутноватой жидкостью, что нам тут поднесли. — А кто?

Она попыталась сцапать корзину за ручку и притянуть к себе. Этого я, конечно, позволить не могла. Бить ведьму по рукам показалось слишком очевидным и глупым, поэтому я, всерьез заинтересовавшись огоньками на ее пальцах, просто «позвала» их к себе, желая рассмотреть поближе.

Фил как раз этот момент выбрал, чтобы показаться миру. Откинув крышку корзины, он вспрыгнул на стол, чем вызвал возмущенное трепетание притихшего было ворона, а ведьма сначала отшатнулась, а потом подалась вперед, жадно уставившись на кота.

Фил опять принял угольно-черный окрас (как он это делает?!) и, пройдясь по столу взад-вперед, красуясь, уселся спиной ко мне, чуть слева, чтобы не перекрывать обзор. Глянул мельком на красноватый огонек, что плясал теперь на моей ладони, и одобрительно кивнул.

Ильгевейн, казалось, вот-вот протянет руки, чтобы схватить Фила. Аж кулаки сжала, чтобы сдержать порыв, наверное. Глаза ее расширились, рот приоткрылся, и она чуть ли не слюной капала на моего котика.

Мне это совсем не понравилось. Фил мой… фамильяр, нечего посторонним теткам к нему загребущие ручонки тянуть!

И что это такое я сейчас подумала? Что за чушь?!

Я нахмурилась, отстраненно отмечая, что огонь на моей ладони стал больше и резко пожелтел.

— Итак, — произнес Фил, прерывая нашу безмолвную пантомиму. — Ты, Ильгевейн, хотела посмотреть на фамильяра Тори…и. Смотри.

— Никогда не видела подобного тебе! — воскликнула ведьма. Ее глаза снова сверкнули, на этот раз фиолетовым пламенем, а не красным. — Иди ко мне! Идем со мной, и я дам тебе то, чего ты желаешь…

Голос ведьмы стал выше и наполнился грудными, бархатистыми переливами. Теперь его ни за что нельзя было принять за мужской. Такими интонациями могла соблазнять змея-искусительница, завлекая жертву перед тем, как утащить ее в свое логово.

Фил демонстративно зевнул, сверкнув длиннющими клыками.

— Не пойду, — сообщил кот.

Кажется, в глубине души я почувствовала облегчение. Любопытно.

— Продай мне его! Дам столько золота, что ты не сможешь унести! — произнесла ведьма, глядя на меня горящими фиолетовым огнем глазами.

— А сколько у тебя есть? — поинтересовалась я, представив, сколько всего влезет в мешок с пространственным карманом. — Я могу много унести.