Заоблачная Академия, или Единственная для дракона

Зато деньги всегда и везде оставались деньгами – за них можно было купить роскошь, комфорт и даже тот самый величественный вид. Вот и торговцы Прей-Экрила не поскупились, отстроив себе огромное трехэтажное здание, ничуть не уступавшее размерами Торговой Гильдии Трада.

Об этом я узнала со слов Гордона.

Место они тоже выбрали неплохое – за фасадом особняка скрывался роскошный сад, заканчивавшийся Краем и магической защитной стеной Матиаса Хардегарта.

Именно здесь, в Торговой Гильдии, градоначальник Прей-Экрила организовал пышный прием, на который пригласили принца Густава, прибывших с ним на остров высоких гостей, а также местную аристократию, богачей и влиятельных горожан. Ну и мы затесались – немного аристократия, но по большей части – подающие надежды будущие Всадники и маги.

– Как только появится возможность, представлю вас принцу Густаву, – с торжественным видом объявил мой отец, когда мы поднимались к крыльцу, – поэтому далеко не расходитесь. Потом уже можете веселиться до конца приема.

– Я с ним неплохо знакома, – улыбнулась лорду Росманну Хейди, на что мой папочка моргнул.

Ну да, непросто принять тот факт, что у него появилась целая дочь, в подругах у которой водилась настоящая принцесса. А еще двое детей героев войны, те самые подающие надежды маги – Гордон и Дейнис, – и два совершенных лоботряса, давших Хейди клятву вести себя прилично, из-за чего теперь порядком страдавших.

Это было написано на лицах близнецов.

Наконец вошли в распахнутые двери. Миновали роскошный холл, после чего попали в переполненный приемный зал, из которого попытались выбраться, решив отправиться туда, где посвободнее.

Пробирались, здороваясь и раскланиваясь, через толпу.

Вернее, здоровался и раскланивался преимущественно мой отец и немного Хейди, которую узнавали, а мы, как привязанные, тащились за ними следом. Из знакомых я заметила разве что нашего декана, о чем-то разговаривавшего с Беатрис Корсон и двумя мужчинами военной наружности.

Еще был Рантар Хардегарт, в одиночестве стоявший чуть поодаль.

Он смотрел вглубь зала. Но стоило нам появиться, как капитан, повернув голову, уставился на меня. Я тоже на него посмотрела, почему-то сразу же забыв, зачем сюда пришла и куда мне нужно идти.

– Марша, не отставай! – раздался голос Брун, и я, очнувшись, потопала за ней следом.

Решила, что с этим всем нужно что-то делать – и с собой, и с капитаном Хардегартом.

Например, собраться с мыслями, подойти и спросить у него, к чему эти его цветы.