Тайна Чёрного дракона (СИ)

— Зачем? — всё это не укладывалось пока в моей голове.

— У моей дочери не было магии. Если бы это узнал кто-то ещё…

И он, многозначительно промолчав, через время добавил:

— Я хотел первым понять, что происходит.

— Спасибо! — поблагодарила его за это. Ведь если бы не он, сейчас бы меня забросали вопросами или человек в чёрном уже б пытал. Хорошо, что у него есть такие способности.

— Не за что, — печально проговорил лекарь, пребывая где-то далеко в своих мыслях. — Если узнают, что ты целитель, спокойной жизни не жди.

О чем-то подобном я догадывалась, но услышать это от другого человека было страшновато.

— Но как вы узнали, что я не ваша дочь? — задала следующий беспокоивший меня вопрос.

Он тяжело вздохнул, и принялся пояснять:

— У Аланы не могло быть целительной магии. Не такой она человек. Эта способность редко кому даётся. Я пытался ей это объяснить, но она не хотела слушать. Каждый год просила отвести её к видящим…

Произнеся последние слова лекарь закрыл лицо руками и тихо попросил:

— Ты иди. Мне нужно побыть одному. Не бойся, я не выдам твою тайну.

— Спасибо! — выговорила, глотая ком в горле.

Глядя на его сгорбленную фигуру, неожиданно испытала такую злость на людей, убивших Алану. Чем кому-то помешала восемнадцатилетняя девчушка? За что с ней так жестоко?

ГЛАВА 19

Оставив господина лекаря с его тяжкими мыслями в одиночестве, вернулась в здание лечебницы в надежде, что Ванька к этому моменту уже проснулся.

В помещении было шумно, но уже не так людно. Воины потихоньку расходились, кто успел пробудиться, собирались или расталкивали товарищей. Брата увидела сразу, он что-то шумно вещал соседу, жестикулируя и вертясь, словно у него шило в одно месте. Ни капли не изменился.

Такое тепло в душе у меня разлилось. Раньше я эту его особенность терпеть не могла, а сейчас она мне казалась родной и забавной. До чего же непоседливый у меня младший братик.

Какое-то время просто стояла у двери, чуть не плача от навернувшейся радости. Сомнений не было — передо мной моё драгоценное чудовище. Только какой-то другой. Возмужавший, повзрослевший, в плечах, кажется, раздался. Щетина на подбородке никак не может принадлежать восемнадцатилетнему юноше. Как будто прошло после нашего расставания как минимум несколько лет. Война людей не красит не важно в каком мире.

Ванька рассматривал разодранные на груди доспехи и даже руку в дырку просунул, с удивлением трогая повязку. Даже не представляю, что он чувствует. Рана была жуткой, без целительства он бы, возможно, и не выжил.

Вокруг брательника народ разошёлся и он остался в компании с двумя воинами. Пора было выходить из тени. Немного замешкалась, даже не представляла его реакцию на моё появление. Но то, что произошло побило все рекорды моей фантазии.