Сердце Дракона

Все так же неосознанно постучав по маске, добавил: — Если постараемся, то растянем их на два дня, но тогда старику может стать плохо.

Геран кинула быстрый взгляд в сторону Чин’Аме, все так же лежащего в дилижансе. Укрытый одеялами, он делал вид, что спит.

— Не нравится мне эта идея, — прошипела Геран.

— Тебе вообще мало что нравится, мышь, — хмыкнул Том.

За сегодняшний день он почти не прикладывался к горлянке, так что находился в куда более тяжелом настроении, чем обычно. В итоге Хаджару приходилось делать деревянную лавку с двумя крайне темными личностями.

И не только в плане морали или намерений, а настроения и скорости того, как при постоянных словесных стычках, они старались обнажит оружие.

Может Император не знал о сложившихся между Томом Безродным и Реккой Геран отношениях? Или не думал, что Хаджар возьмет бывшего аристократа с собой, а оставит “сторожить” Сухашим?

Хотя, Морган, разумеется, всегда продумывал все детали и нюансы. Так что и в этом имел какой-то свой интерес.

А может это просто Хаджар паранойил. Кто знает…

— Дело в другом, Том, — видимо Рекка была действительно сильно озабочена, потому как вместо словесных измывательств, просто использовала имя своего визави. Пусть и добавила в произношение столько яда, что его хватило бы для поголовного уничтожения небольшой деревни. — Этот поселок ближайший к приграничью… В нем, наверняка, есть солдаты. Или даже легионеры. И всякого другого мимо-проезжающего сброда Ласканского должно хватать… Будем неосторожны и наживем себе проблем больше, чем сможем справиться.

— Значит нам нужно сохранять бдительность, — коротко резюмировал Крыло Ворона и направился к съезду с тракта. — Кстати, все, надеюсь, знают язык Лидуса?

Разумеется, его не знала Анетт, но по плану Хаджара, она не должна была показываться из дилижанса. А если случись такая необходимость, то вуаль и шубы сделают свою работу и никто не увидит необычный, для этих мест, цвет кожи.

Хотя, даже не будет Анетт чернокожей, её сексапильность и звериная желанность все равно произвели бы фурор в пусть и приграничном, но поселке.

Спустя два часа, отряд оказался на самой его границе.

В общем и целом, ничего особо примечательного. Все, как и в Дарнасе.

Одна единственная центральная улица (правда настолько широкая, что в мире Земли её бы с гордостью именовали проспектом). Почти две сотни домов, хаотично разбросанные от неё в овальном построении.

Высокий деревянный забор с дозорными и одни единственные ворота, на ночь закрывавшиеся на засов.

Сейчас, в разгар дня, они были открыты, так что первым, что бросилось в глаза, оказались подтверждающие опасения Рекки аргументы в виде даже не солдат, а легионеров.