Сердце Дракона

— Но ты прав, — продолжил дракон. — Ищейки, все же, пусть и нескоро, но будут здесь… Сколько прошло времени с тех пор, как погиб министр?

— Сорок минут, — ответил Хаджар.

— Тогда у нас есть еще пара часов, — кивнул Чин’Аме. Он снова попытался подняться, но так и не смог. — Высокое Небо… последний раз в таком состоянии я был после сражения с Последним Королем.

— Вы сражались с Эрхардом? — удивился Хаджар.

— Сражением это сложно назвать, — с легкой грустью ответил Чин’Аме. — он убил нашего, с министром Джу, брата. Мою жену и племянника Императора. И только после этого его удалось ранить, но убить… Сила Эрхарда, на тот момент, казалась нам запредельной.

У Хаджара по мере того, как он слушал рассказ Чин’Аме, от удивления глаза расширялись все больше и больше.

— Эрхард убил племянника Императора и вашу жену? И… постойте! Вы с министром были братьями?

— Не из одной пещеры, — ответил Чин’Аме, что подразумевало, что они не были родными. — Но да. У нас… в отличие от людей, кровь проще терпит внутреннее смешение. Так что все знатные Хозяева Небес региона Белого Дракона, так или иначе, связаны между собой узами крови.

— Да, — кивнул Чин’Аме. — между мной и тобой тоже есть подобная связь. Но она настолько же призрачна, как если бы у тебя была тысяча братьев, а у последнего из них три жены, и от каждой из них родилось бы по два ребенка, которые тоже родили бы по тысяче детей. Вот между последним из этих детей и тобой была бы такая же связь, как между нами.

Известие, почему-то, не только шокировало, но и рассмешило Хаджара. И, не сдержавшись, он дал волю эмоциям и расхохотался.

Вскоре к нему присоединился и сам Чин’Аме.

А где-то там, внизу, рядом с ними, все еще булькала раскаленная, убийственная субстанция.

— Ты уверен, юный Хаджар, что это хорошая идея? — в который раз спросил Чин’Аме.

Хаджар в этот момент как раз поправлял одеяла и шерстяные пледы, которыми укрывал раненого волшебника-дракона. Соорудив ему ложе внутри дилижанса из тюфяков и мягких мешков, он теперь старательно прятал тело дракона от стужи зимы приграничья Ласкана и Дарнаса.

Звучит, конечно, сюрреалистично.

Но стоило понимать, что в текущем своем состоянии, Чин’Аме был не сильнее простого смертного. Хаджар вытащил его буквально с того света. Все же битва с министром Джу была битвой на равных, в которой лишь малая толика может перевесить чашу весов победы и, следовательно, жизни и смерти.

Вот только жизнь в подобной битве, обычно, остается на грани той самой толики, на которую и перевесила.

— Сколько, говорите, вам осталось до полного восстановления?

— Две недели, — ответил Чин’Аме. — после этого я смогу самостоятельно воспользоваться своим пространственным артефактом и забрать оттуда целебную алхимию.

— Вот именно, — кивнул Хаджар.