Сердце Дракона

— Неужели ты так рад меня видеть?

— А ты разве этого не чувствуешь?

Аркемейя действительно что-то почувствовала. Она опустила взгляд вниз и увидела, как жало Синего Клинка упирается ей в живот.

Она не успела заметить как именно, но Хаджар сумел перехватить меч обратным хватом и развернуть его таким образом, чтобы Аркемейя оказалась в ловушке.

— Ничья, о отважный воин.

Она отошла назад и, качнув саблями изящную восьмерку, лихо загнала их обратно в ножны. Затем, абсолютно по мужски, она протянула Хаджару руку, подставляя предплечье.

— Приветствую, Хаджар Дархан, Северный Ветер.

Хаджар, развеяв Синий Клинок, ответил на жест.

— Приветствую, Аркемейя из Курхадана.

Они сидели у костра. Хаджар курил трубку и смотрел на высыпавшие на черное небо разноцветные камни звезд. Тысячи цветов переливаясь создавали самую величественную из всех картин.

Это не была пустыня, но Хаджар, тем не менее, чувствовал, что скучал по этому бескрайнему простору ночи. Скучал по той феерии красок, которой могло похвастаться лишь Моря Песка. Единственное из морей в этом мире, которое огибали все облака и небо было чище, чем слеза младенца.

Караван, с которым они шли все это время, отправился дальше. Так что в данный момент Хаджар и Том ночевали вместе с разбойниками Аркемейи.

Почему-то несколько лет назад Хаджар не сомневался, что Аркемейя действительно направится в Море Песка, чтобы посетить родину своей матери — оазис Курхадан.

Но даже и не подозревал, что за столь короткое время она успеет стать достаточно известной разбойницей в своем регионе. Говорят, она, как одержимая, охотилась за осколками цивилизации Магов, все еще разбросанных по пустыне.

Интересно, а она уже отыскала Подземный Город?

Но Хаджар, в свое время принесший определенный клятвы, не мог даже упомянуть последнюю обитель Магии в разговоре с непосвященным.

— Что ты делал в караване смертных, Хаджар? — спросила девушка, передавая Хаджару бурдюк с брагой.

Тот отказался. В данный момент затуманенное сознание сыграло бы с ним лишь злую шутку и не более. Это Том мог себе позволить наливаться за глаза и, кажется, даже приставать к какой-то воительнице из числа ватаги Аркемейи.

— Император отправил меня в Сухашим.

— Сухашим? — удивилась Аркемейя. По-мужски, абсолютно не женственно, она опрокинула бурдюк и сделала пару крупных глотков. Затем вытерла губы запястьем и с облегчением вздохнула.

Её и без того румяные щеки покраснели еще сильнее. Черные волосы рекой скользнули по атласной коже точеных плеч и упали на песок.

Хаджар прикрыл глаза и, отвернувшись, несколько раз вздохнул. Он пытался сделать это украдкой, но подобно поведение невозможно было скрыть ни от одной опытной женщины.