Сердце Дракона

Разноцветное стекло чуть было не лопнуло под давление старого друга и брата, спешащего на помощь Хаджару.

Но внезапно все стихло.

Ветер успокоился. Стекло выпрямилось. А всполохи исчезли.

Хаджар понять не имел, что произошло, но он ощутил себя маленьким котенком, который решил укусить огромного тигра.

И этим тигром не была совокупная мощь Касия и Балигора. Нет, два Великих Героя даже с места не сошли.

Он лишь сощурился, а Хаджару показалось, что ему не плечи легла огромная гора. Гора чужой воли. Воли такой крепкой, что если бы не внутренний стержень Хаджара, который он закалял на протяжении двух жизней, то его бы развеяло в пыль.

Более того, его все равно немедленно бы уничтожило, если бы он смог осознать неотъемлемость своей воли от пути развития. Если бы не прозрение у врат Луны, вобравшее в себя весь его жизненный путь, то Морган развоплотил бы его одним своим желанием.

Будто какое-то существо иного порядка.

— Теперь понятно, — протянул Морган и давление исчезло. — ты действительно ученик Тирисфаля, юный Северный Ветер. Не думаю, что во всем Дарнасе найдется больше пяти представителей твоего поколения, кто уже смог осознать свою волю.

— Осознать волю? — Касий и Балигор переглянулись и куда сильнее сжали оружие, а энергия вокруг них так же вспыхнула разноцветными огнями.

— Может пройдешь испытание на Великого Героя еще раз? — Морган поднялся и подошел к графину с алой жидкостью. — Кто знает, вдруг на этот раз у тебя хватит сил, чтобы получить звание. Думаю, Лидусу и роду Кесалия будет полезно иметь в своих рядах Великого Героя империи Дарнас.

— От. ка…жусь… — медленно прошептал Хаджар.

Удар был такой силы, что он едва мог самостоятельно дышать. И, что удивительно, воля, которую Морган на него обрушил, не задела ни плоти, ни энергетической структуры. Нет, её целью было нечто иное — сама суть Хаджара, его душа.

— Справедливо, но разумно, — кивнул Император. Он налил немного напитка в бокал и вернулся на трон. — Тебе еще много надо узнать, юный Северный Ветер. Ты пока еще не достоин его.

Император провел ладонью над столом и на сером бархате появился старый, местами обшарпанный, местами обломанный клинок. На нем Хаджар увидел несколько старинных символов, которые обозначали “Честь”, “Свободу” и “Силу”.

Меч не был каким-то могучим артефактом. Он не обладал особыми свойствами или историей. Нет, это был простой клинок, которых хоть отбавляй в любой оружейной лавке города смертных.

Но для Хаджара этот меч значил многое.

Больше, чем он изначально предполагал.

Это был первый меч Тирисфаля — Великого Мечника Оруна.