Сердце дракона. Том 10

Когда-то таким, если подумать, был и сам Хаджар…

– “Тогда начнем!”

Хаджар стоял над колыбельной. Он держал в руках хорошо наточенный кинжал. В нем отражалась полная луна, светящая за окном богатых покоев, в которых он стоял.

Развернув оружие убийц, Хаджар увидел и самого себя. Завернутого в черные, полностью скрывающие лицо и фигуру, одежды.

Он обернулся.

Позади лежала, еще дергаясь в предсмертных конвульсиях, стереотипная, полноватая женщина с добрым лицом и некогда теплыми, а сейчас уже почти полностью стеклянными глазами.

Хаджар знал, что где-то там, за высокими, обитыми янтарем и жемчугом, створками покоев, лежит перерезанная этим же клинком стража.

С лезвия кинжала еще капали густые, багряные капли крови.

– Аа-а-а, – прозвучал высокий, протяжный плач, постепенно переходящий в надоедливый писк.

Перед Хаджаром, прямо под его кинжалом, находилась резная колыбельная. В ней лежал младенец.

Хаджар никогда не любил младенцов. И не просто не любил, а чувствовал себя в их присутствии грязным. Постоянно хотелось отойти и ополоснуть лицо и руки. Психологи на земле даже сочли его из-за этого социопатом.

Может в чем-то они были и правы.

Младенец плакал. Дергал своими мелкими культями, заменявшими ему ноги и руки. Непропорционально большая голова скорчилась в гримасе недовольства. По пухлым щекам катились слезы.

– Он станет Императором Ласкана, – из тьмы вышла фигура духа Клинка Мертвой Души. – Тем, кто поведет за собой армии в новой войне.

– Это война станет последней, – Хаджар смотрел в темные, почти черные глаза ребенка.

Тот перестал плакать и теперь смотрел прямо в глаза пришедшему за его душой убийце. Казалось, что это крошечное сознание, мало чем отличающееся от животного или растения, все понимает.

Жуткое чувство.

– Если ты так думаешь, смертный, то ты глуп. Война не может быть последней. Все в этом, да и в любом другом мире, создано, чтобы сражаться за жизнь. Сама жизнь – лишь бесконечная борьба с никогда не проигрывающей смертью.

Хаджар посмотрел на духа. Тот выглядел все так же – как высокий, плечистый, покрытый шрамами воин. И говорил он так, что можно было ошибиться и принять его за человека, но это было не так.

– Ты лишь меч, – Хаджар опустил кинжал. – ты создан для битвы и смерти. В твоем подобии жизни больше нет ничего.

– Может быть, смертный, – пожал плечами Дух. – но я честен с собой в знании, что я несу лишь смерть.А теперь спроси у себя – что несешь этому миру ты сам?

Хаджар вдруг понял, что по его рукам что-то стекает. Он поднял их к лицу и едва не отшатнулся. Они были по локоть в крови.

– Видишь, – Дух шагнул вперед. – может ты и рожден человеком, но мало чем отличаешься от меня.

Хаджар еще раз посмотрел на младенца.

Это было так просто.

Так легко.