Сердце дракона. Том 10

– если для тебя мое присутствие это настоящее испытание, то как же мы будем смотреть Призрака Оперы?

– Понятия не имею, – пожал плечами анимированные смайлик. – я сделаю вид, что пришел не с тобой.

– Тебе придется очень постараться, чтобы сделать вид, – Елена выделила последние слова. – что ты куда-то там пришел, – на последнем она засмеялась.

Кто-то со стороны счел бы её самым жестоким человеком на свете, но он лишь пару раз стукнул кулаком по подлокотнику – так выражался его смех.

За годы неизлечимой травмы он привык к самым разным формам отношения к себе. До “почтения на расстоянии” от фанатов – наверное, он был единственной звездой мирового масштаба, к которому никогда не пытались проникнуть поклонники или папарацци.

До “ненависти на расстоянии” – даже в середине двадцать первого века еще оставались недовольные жизнью личности. Такие, зачастую, почему-то, становились радикальными националистами, что, в большинстве случаев, приравнивалось к спартанскому фашизму.

Ему не раз предлагали покончить жизнь самоубийством и прочее.

Но если это были лишь две крайности, то середину – самое распространенное явление, составляли “сочувствующие”. Они его жалели. И именно от этой жалости он, чудовище, и прятался в своем белоснежном замке."

"А потом ворвалась она – Елена. Человек, который его никогда не жалел. Часто на него злилась. Ругалась. Подшучивала. Смеялась вместе с ним. Что-то рассказывала. Сочиняла музыку. Заботилась о нем, но зная определенную грань, меру.

Ураган в его маленькой, налаженной, катящейся по наклонной, жизни. Или в подобии этой самой жизни.

Трудно определить.

– Что это за бал? – спросил смайлик.

– Понятия не имею, – не задумываясь ответила Елена. – Никогда его здесь прежде не видела.

Они стояли под яркой вывеской с которой струился красный, неоновый свет. Несколько лент свисались всего в две буквы “DH”. Слева от D стояла девушка, с ангельскими крыльями, а справа – парень с хвостом черта и трезубцем.

Они смотрели друг на друга через эти две буквы.

– Бар “DH”… – летели пальцы по клавиатуре. – никогда о таком не слышал.

– Здесь много таких, – Елена первой отправилась вниз по лестнице. –постоянно закрываются одни и открываются другие. Порой – всего на неделю или на две.

– А ты откуда знаешь?

Странно, но у маленького подвального бара имелся механический пандус –площадка на рельсах, которая спускалась по нажатию кнопки.

Именно благодаря ей он смог спуститься следом за Еленой.

– Девушке надо как-то себя обеспечивать, … – мимо пролетела машина из опущенных окон которой на всю улицу орал последний их совместный трек.

– Выбор одобряю! – закричала Елена вслед водителю. – Но ты все равно мудак!

Из окна исчезающего немецкого спорт-кара высунулся средний палец.