Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2

И кстати:

— А самого монаха ты видел? — я даже подалась вперёд. Ведь если Йерс такой же особенный, то видеть невидимое мы должны вместе. — А осколки кристалла, о которых говорит Янтарчик? А… — я заозиралась, потом обратилась к духу: — Есть какая-нибудь из твоих любимых монет?

Хранитель заворчал, однако монета нашлась.

Янтарчик вытащил её прямо из воздуха, протянул на лапке, и… да, рыжий, в отличие от остальных, увидел.

Кажется ничего особенного, но Эрвин ревниво скрипнул зубами.

— Что? — не выдержала я.

Этот, как выразились фанатики самец, поднял ладони в безоружном жесте, а я вновь повернулась к рыжему:

— Интересно, ты всегда видел?

— Эта особенность может открыться не сразу, — буркнул Янтарный. Хранитель был суров, но через секунду вдруг повеселел.

Его взгляд просветлел, оскал превратился в подобие клыкастой улыбки, а сам дракончик приосанился и окинул второкурсника оценивающим взглядом. И пусть читать мысли я не могла, но точно знала, что сейчас Янтарный прикидывает сколько вёдер с монетами Йерс способен унести.

Я тихо рассмеялась, а потом…

— Ты говорил, что разрывы — это редкость, — напомнила духу. — Значит скоро эта активность подпространства закончится.

Я сказала это просто потому что сказала, а дракончик неожиданно скис. Он посмотрел с такой грустью, с такой тоской…

— Янти, что происходит? — забеспокоилась леди Алиса.

— Ничего, — отмахнулся Хранитель. — Не важно.

Повернулся к Йерсу и подтолкнул:

— Так что с тобой было?

— Я видел странный сон, — помедлив, объяснил Йерс. — Я словно бы вернулся в детство, очутился в поместье своего дяди, где проводил много времени. Это были счастливые дни, и тут… Я вдруг снова ощущаю себя ребёнком, с головой окунаюсь в воспоминания и следую непонятному, но очень важному зову. Какая-то часть меня понимала, что этого не может быть, но сопротивляться было невозможно. Я просто не мог отодвинуть это видение и протрезветь.

Все замолчали, осмысливая сказанное.

Кажется, теперь понятно, для чего фанатики шли по важным для жертвы местам. Они собирали образы, на основании которых выстроили иллюзию.

Погружённая в некий эмоциональный момент своей жизни жертва уже не могла сопротивляться. Но как фанатики вычисляли эти «памятные места»?

У милорда Рагара возник другой вопрос:

— Что за магия такая?

Янтарчик поморщился и неохотно сказал:

— Это тоже из нашего арсенала. Монахов научил Оракул.

— Заклинание противодействия есть? — деловито спросил Хипп. — Методы сопротивления? Хоть что-нибудь?"

"Хранитель неопределённо повёл крыльями, а я окончательно скисла. Получается, я снова очутилась в положении «надкушенного бутерброда»? На нас с Йерсом объявлена охота. Убийцы из Мэр-Миза вряд ли успокоятся пока мы живы.