Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2

Может тоже попробуем?

— С ума сошёл? Знаешь сколько там охранных плетений?

— По-твоему я зря получил высший бал по магическим системам защиты? Плетения я не уделаю, но обойдём их точно!

— Да ты спятил, — без особой уверенности ответил второй.

Я мимолётно улыбнулась, и сама не поняла как, но уменьшила чувствительность слуха. Это было интуитивно, я действовала по наитию.

— Ого, — выдохнула Дорина.

— Оу, — поддержала Пенелопа восхищённо.

— Интересно, а когда тебе позволят трансформироваться полностью? — добавила Валетта. — И полетать?

Хороший, кстати, вопрос.

В процессе той лекции про слияние, Эрвин упоминал адаптацию. Человеческое тело подстраивается под изменения, особенно магического толка, всё время общения с сущностью. Но после слияния тоже нужен какой-то период — чтобы изменения закрепились. Этакий финальный штрих.

Стоило подумать о том, что придётся ждать, внутри закипело нетерпение. Я усмирила этот порыв и устало качнула головой. Разговор с Эрвином был бы сейчас очень кстати, но я всерьёз опасалась своих обострённых реакций.

Нам нужно общаться при свидетелях, причём желательно серьёзных вроде Форгина и Тринга. Иначе я точно что-нибудь совершу!

Щёки заалели, и я порадовалась чешуе, которая этот румянец сейчас скрывала.

— Не знаю когда летать, — ответила Валетте. — Но думаю лучше не торопиться.

— Это точно, — Пенелопа активно закивала головой.

Девочки снова загалдели. Дорина отправилась заваривать чай, а я шагнула к большому настенному зеркалу, висевшему в гостиной.

Глядя на своё непривычное, частично чешуйчатое отражение, я задумалась о Зелёной. Пусть между нами сложились довольно нервные отношения, я была благодарна драконице за слияние."

"Тема драконьих сущностей, их растворения в человеке-носителе, в светском обществе практически не поднималась. Во-первых, что могут знать безыпостасные? Во-вторых, воплощённые не поощряли рассуждения на этот счёт.

Но мы всё равно говорили. Самые романтичные видели здесь трагедию — мол, драконья сущность исчезает после слияния, и это неправильно. Был момент, когда я тоже об этом переживала. Настолько, что даже подбила Дина с Дором сводить меня на тематическое выступление одного профессора — как раз воплощённого.

Профессор тогда объяснял:

— Это не смерть драконьей сущности. Это возможность нового воплощения. Они знают на что идут, знают к чему стремятся, и никто не воспринимает слияние как нечто насильственное или злое. Выход из подпространства, новая жизнь — мечта большинства сущностей, тут нет никаких драм.

— Но они разумны? — спросила кто-то. — Они личности?

— Не совсем, — ответил воплощённый. — Их разумность в большой степени иллюзия, способ подстройки.