Дракон по обмену

 На всякий случай выстроил вокруг нас защитный кокон, и наконец, прижал ее к себе:

– Лиззи, хватит бегать от меня.

Хрупкие лопатки под моими ладонями напряглись, спина закаменела и ровный голос отчеканил:

– Убери руки, Родерик. Ты собираешься уничтожить мою репутацию, обнимая на виду у всей академии?

Совсем забыл, что она не видит защитные контуры. Что же, так даже интереснее.

– Если я тебя скомпрометирую, тебе придется выйти за меня замуж, Лиззи. – я крепче прижал ее к себе, зарываясь носом в одуряющий аромат золотистых волос. – Так и быть, я согласен.

– Прости, но у меня другие планы. И замуж я собираюсь за другого мужчину. – она снова попыталась вырваться. – А у тебя есть невеста. Как ее зовут – Версенея, кажется?

– У меня нет невесты с таким именем. Вернее, была, но я расторг помолвку…  эм-м… дай-ка вспомнить сколько дней назад? Это произошло за пару дней моего приезда в академию. И тогда, в трактирии, я был абсолютно свободен от любых брачных обязательств."

"– Так что ты можешь спокойно меня компрометировать и брать в мужья. – не удержавшись, я провел ладонями вниз по узкой спине и нежно обхватил маленькую упругую попку. Прошептал в возмущенно заалевшее ушко:

– Моя красавица.

С трудом отстранился, и пока сердито сопящая Лиззи не опомнилась, вынул браслет и защелкнул на ее бледном запястье.

– Это что еще такое? – она недоуменно рассматривала узкую витую полоску на своей руке. Подняла на меня плескающие паникой глаза и севшим голосом прохрипела:

– Родерик, что это за браслет?

Лиза

Целых два дня мне было очень хорошо. Да, именно так – хорошо! После той неприятной встречи с истерящей невестой в трактирии и рассказов Стенфила, у меня появилась замечательная причина избегать общества гада и негодяя Родерика Сторвилла.

Не то, чтобы я поверила Стенфилу – все-таки его слова не очень вязались с моим представлением о Родерике, – но это было… удобно для меня.

Ведь вот оно: обиженная невеста, которую я видела собственными глазами. Услышанные факты о недостойном поведении с женщинами. И можно твердо сказать себе, что от такого мужчины надо держаться как можно дальше.

Я именно так и делала целых два дня, старательно отворачиваясь от карих глаз, пристально глядящих на меня, когда нам доводилось увидеться где-нибудь в шумной столовой.

Чего уж скрывать от себя – этот наглый тип мне нравился.

Нравилось, как он на меня смотрит, как прикасается, вызывая табуны мурашек по телу, как пахнет. Даже его вечно равнодушный голос нравился.

Про внешность вообще молчу. До сих пор, стоит посмотреть на него, и возвращается мое состояние офигения, как было, когда увидела Родерика в первый раз, на той пустынной пыльной дороге.

Но мне все это не надо, потому что я хочу вернуться домой.