Дракон по обмену

А он, вместо того, чтобы помочь бедной девушке, бесцеремонно бросил рюкзак мне на колени и тронув поводья, неспешно поехал по дороге в обратную сторону, с каждым шагом лошади унося мою иллюзию, что не перевелись на свете доблестные мужчины.

Ну и шут с тобой, рыцарь – хреницарь. Хотя, конечно, обидно было. Вот вроде бы и не должен он мне ничего, а все равно в душе горечь какая-то поселилась, что он взял и вот так запросто оставил меня посреди пустынной дороги на поругание всем ветрам.

Решив забить на всех мужиков в общем, и на этого конкретного в частности, я полезла в свой чудо-рюкзак и первым делом достала косметичку и влажные салфетки.

Обозрела себя в зеркале и присвистнула – зеленая тушь с ресниц растеклась, нарисовав чудесные круги вокруг глаз. Пыль вперемешку со следами от травы легла на кожу фигурными разводами, украсив лицо серо-зелеными пятнами, ровно в тон моему костюму милитари-расцветки. Идеальный камуфляж получился – не мудрено, что гад меня за наемницу принял.

Я принялась энергично приводить себя в порядок, и уже через десять минут из зеркала смотрела привычная я: бледная кожа, светло-серые глаза, аккуратный носик и короткие золотисто-рыжие волосы.

Облегченно вздохнув, я тщательно отряхнула запыленную одежду. И сочтя свой внешний вид вполне презентабельным, повернулась спиной к тому направлению, куда уехал гад и грубиян в одном лице.

Забросила на спину рюкзачок и решительно зашагала вперед, с твердым намерением не знаю как, но обязательно выбраться из этой передряги.

Глава 2. Как хорошо, что смысл не в пункте назначения, а в самом приключении"

"Я энергично переставляла ноги, стремясь до темноты добраться до каких-нибудь обжитых мест. И вспоминала события, в результате которых я, Елизавета Дворцова двадцати девяти лет, кандидат технических наук, преподаватель скромного, но вполне приличного вуза, не прочитавшая в жизни ни одной книги на тему фэнтези и не верящая в параллельные миры, очутилась на этой пыльной дороге.

Все началось со звонка Марины. Это моя двоюродная тетушка, после гибели моих родителей заменившая нам с сестрой мать.  Конечно, «заменила мать» – это громко сказано, так как на момент нашего с сестрой сиротства Марине только-только исполнилось двадцать, и она была нам скорее старшей подругой, нежели родительницей.

Если вы удивитесь, что двадцатилетней пигалице позволили взять опеку над двумя девочками-подростками, то это потому, что вы не знаете мою тетушку. Уж коли она что-то решила, то это будет сделано. И органы опеки, как ни старались, не смогли отправить нас с сестрой в детский дом, потому что на их пути встала скала по имени Марина Мещерская.