Монашка и дракон

— Правда короля Рихтера запрещает смертную казнь, — сказал Гидеон.

— Да, — ответила я. — Но тогда мы еще жили по старым, человеческим законам.

— Но ты ведь не хочешь, чтобы я повесил грума? Ты не хотела, чтобы я наказывал того громилу, который отомстил за сестру…

— Нет, не хочу ничьей смерти, — я помолчала, а потом добавила: — И вашей тоже, милорд.

— Ну, увидеть мою смерть тебе будет трудновато, — ответил он спокойно и отпустил меня. — Найдешь свою спальню или тебя проводить?

Конечно же, он опять потешался, и мне показалось обидным, что он так легкомысленно отнесся и к опасности, которую только что пережил, и к моим тревогам… за него. Или делает вид, что все это — игра, детские забавы, а сам прячет нож под подушкой.

— Благодарю, милорд, — сказала я сдержанно. — Справлюсь сама.

Он отпустил меня, и я двинулась к своей комнате, чуть касаясь рукой стены.

— Виенн, — окликнул меня дракон, и я тут же остановилась. — Ты, по-моему, чем-то обижена?

— Нет, милорд, — ответила я, уже открывая двери. — Добрых снов.

Он хмыкнул или фыркнул, или выругался шепотом, а потом проворчал:

— Они могли бы быть добрыми.

Я зашла в спальню, закрыла двери и заперла ее на засов. Запалила светильник и бросила на стол пояс с золотыми монетами. Он упал поперек пергаментов, похожий на сытую змею. Я сняла со шнурка фамильное кольцо и положила в шкатулку с красками, а потом разделась до сорочки и нырнула в постель, укрывшись пуховым одеялом до подбородка. В соседней комнате было тихо-тихо, и я скоро уснула, уже зная, что устрою в замке Гранд-Мелюз на этой неделе.

35. Принцесса-Апельсин

— Что это за театр она решила устроить в четверг?! — Дилан ворвался в комнату брата без стука, и Гидеон досадливо поморщился, но выговаривать не стал.

— А что тебя так возмутило? — спросил он дружелюбно, надевая рубашку и завязывая тесемки на рукавах, помогая себе зубами.

Дилан подошел и сам завязал тесемки, но лицо у него было недовольным.

— Виенн сказала, что в среду постный день, — продолжал Гидеон, подставляя брату другую руку, чтобы подвязал и этот рукав. — А четверг — как раз для развлечений. По-моему, будет интересно.

— Интересно?! — Дилан так и воззрился на него.

— А разве нет? — Гидеон пребывал в прекрасном расположении духа.

— Ты слишком много позволяешь этой девице из монастыря, — упрекнул Дилан. — Я думал, она тебе для забавы, а ты носишься с ней, как с любимой дочерью.

— Вот уж точно не с дочерью, — усмехнулся дракон, надевая камзол. — Но с каких пор тебя интересуют мои отношения с женщинами?

— Я беспокоюсь о твоей безопасности, — сердито ответил Дилан. — Ингунда права — вся чертовщина началась, когда появилась эта девица.