Дракон и ее библиотекарь

Из раны успела натечь кровь, но не слишком много. Большую часть выпил склонившийся над бедняжкой официант.

Интуиция меня не подвела. Его кашель точно был не просто так.

Но откуда он умудрился подцепить вирус, если на въезде в город всех проверяют? Я сама видела, стражники не халтурили, действительно тестировали всех подряд.

Задаваться теоретическими вопросами было некогда, сейчас главное обезвредить зараженного, пока он не успел покусать еще кого-нибудь.

Из оцепенения меня вывел очередной взрыв визга. Так стало ясно, что в прошлый раз верещала не жертва.

Еще одна девушка, чуть постарше, спряталась за конторкой. Убежище у нее было так себе, скорее самообман, чем убежище.

Вампир тоже так решил, оторвался от пиршества и медленно, пошатываясь, двинулся в сторону второй горничной.

Когда вирус только начинает поглощать тело, меняя его структуру, выращивая клыки и активизируя жажду крови, двигательные функции нарушаются. Отсюда рваные шаги, неустойчивость и сбитый глазомер. От молодого, свежеобращенного вампира довольно легко увернуться или убежать. Но через сутки или двое на месте неуклюжего зараженного оказывается сильный, нечеловечески ловкий хищник, виртуозно выслеживающий добычу по запаху и молниеносно реагирующий на малейшую угрозу.

Потому уничтожать вампиров нужно сразу же, как только идентифицировали. Чем дольше тянешь, тем сложнее потом от них избавиться. Многие совершают ошибку, полагая что зараженный их пощадит. Ведь это их отец-брат-муж, свой, родной!

Увы. В сознании вампира нет места брачным узам и привязанностям. Там только одно понятие – голод.

И чтобы его утолить, он готов на все.

– Виктор, очнись! – воззвала девушка из-за конторки.

Ну вот, классическая ошибка.

Я метнулась с такой скоростью, что со стороны, скорее всего, казалась смазанным пятном. Миг – и Виктор лежит на полу, отдельно от головы. Выковыривать сердце – мерзко и долго. Мне больше по душе относительно чистая и быстрая работа. Раз – и нету вампира.

– Он вас не тронет. Можете выбираться. Только зубы покажите, на всякий случай, – вежливо попросила я, постучав по деревянной переборке.

Горничная поднялась на отчетливо дрожащие ноги, сглотнула набежавшую желчь при виде трупа и уставилась на меня с ужасом, будто это я здесь чудовище.

– Зубы! – напомнила я мягко, но девушка чуть не рухнула в обморок.

Приподняла губу, готовясь разрыдаться в любой момент.

– Здорова. Пока что, – оптимистично заключила я. – Где он сегодня был?

– Здесь. С утра, – проблеяла бедняжка едва слышно. – Пришел из дома на рассвете и обслуживал постояльцев. Сначала за завтраком, потом на кухне помогал.

За спиной оглушительно сглотнул Таннис.

Получается, мы только что ели то, к чему прикасался зараженный.