Дракон и ее библиотекарь

Хорошо, что я приняла этот образ сразу, как только ступила под кроны Вечного леса. Зеленая аура, тут же окутавшая меня и заструившаяся по телу целительская магия позволили миновать все охранные заклинания, не замедлив шага.

Потому, собственно, меня и отпустили в это опасное путешествие.

Я единственная из ныне живущих драконов могу подделывать не только внешность, но и суть. Правда, все равно ограничена полом. Пересекать территории оборотней невинной девой – почти то же самое, что бросить кость оголодавшим псам. Потому и пришлось пробираться через Фольмар лесами и проселочными дорогами, по ночам перевоплощаясь в дракона и по возможности срезая путь.

Проще всего было бы перелететь пролив напрямую от Вальдена, но ту границу с недавних пор охраняли крепчайшие щиты, настроенные в том числе специально на драконов. Я бы проломилась, наверное… но миссия была все-таки тайной, поднимать на уши весь Эльдор ни к чему.

А потому к древнему хранилищу знаний драконьих предков и, как оказалось, их же библиотеке, построенной над хранилищем, пришлось пробираться лесными тропами – украдкой, как последней воришке.

Отношения между эльфами и драконами всегда были… я даже не назвала бы их напряженными. Обе расы старательно друг друга игнорировали. Даже когда моя прабабушка нашла себе пару в лице одного из остроухих, те предпочли не заметить потери агента. Подумаешь, уехал на Гардар и лишь изредка появлялся в Вечном лесу, чтобы отчитаться о проделанной работе. Причем постепенно и незаметно свел те визиты к минимуму, а лет через тридцать окончательно осел на Драконьем архипелаге.

Прадед вообще оказался довольно продвинутым для своего воспитания и окружения. Что эльфы, что люди относились в те времена к женщинам как к бессловесным скотинам, в лучшем случае – как к красивым куклам, которых можно удачно выставить в гостиной для декорации. Девушек-эльфов за пределами Эльдора вообще не видели ни разу. Причем по сию пору. Вряд ли там что-то радикально поменялось в укладе быта.

Зато драконицы никогда не позволяли с собой так обращаться.

В частности у них это отлично получалось потому, что самки при обороте крупнее самцов. А при наличии потомства поблизости – еще и агрессивнее.

Попробуй такую подчинить! Порвет на ленточки и не запыхается.

Потому для изображения нервной наивной эльфийской девы мне требовался весь мой невеликий актерский талант.

Ресницы затрепыхались, очи наполнились слезами, руки заломила в патетическом жесте, а сама украдкой отступила назад, подталкивая рюкзак ногой в сторону проема. Ага, пролез. Значит, и я протиснусь.

– Я ваша жертва! – заявила в лицо ошеломленному Хранителю, отступая еще на шажок – якобы от ужаса перед его величием.