Дракон чихнул (СИ)

— Спасибо, ваша честь! — окончательно поверила в себя Кастарция и приступила к более щекотливому вопросу.

По мере перечисления множества законов, пунктов и подпунктов семейного, гражданского и даже уголовного кодекса лица драконов вытягивались всё сильнее. Но последнее предложение ошеломило даже судью.

— Подождите! Но у нас не принято многожёнство и многомужество! — Диван Диваныч аж захрипел от волнения.

— Ну, тогда один из них женится. А дети от остальных станут бастардами, чего не случалось уже… — демоница зашуршала своими записями, пытаясь найти выписанный вчера редкий прецедент.

— Две тысячи восемьсот пятьдесят шесть лет назад зафиксирован подобный случай, — снова подсказал лишённым эмоций голосом секретарь.

— Спасибо, господин Трандиль, — леди Кастарция ненадолго задержала восхищённый взгляд на невзрачном мужчине и продолжила: — И последствия в прошлый раз были самые разрушительные. Боковые ветви не хотели признавать наследником незаконнорожденного. Если бы не вмешательство короля…

— Так пусть и сейчас вмешается, — буркнул Валера.

— Да, молодёжь нынче не та… — нахмурился судья. — В лесу непонятно чем занимаются, а потом король должен за них отдуваться. Надеюсь, теперь мой законопроект сдвинется с мёртвой точки. Давно пора к делу этих бестолковых юношей приставить.

Скамейка запасных… ой, то есть потенциальных женихов для меня… В общем, на скамье подсудимых все будто окаменели. Не знаю, что уж там за дела их ожидали, но мальчики явно не горели желанием начинать свой трудовой путь под руководством Диван Диваныча.

— Три бастарда — это на три больше, чем допустимо! — прогремел вердикт верховного судьи.

— Но многомужество… — голос Лёни чуть подрагивал.

— У нас, в Демонии, допустимы разные формы брака. Лишь бы семья была крепкая, — улыбнулась леди Кастарция.

— Нет, мы, конечно, можем организовать выездную церемонию в Демонии, — задумался Диван Диваныч. — Но отношение в обществе к этому союзу будет весьма… неоднозначное.

— Скорее уж однозначное, — хмыкнул гном, про которого опрометчиво забыли остальные участники процесса. — Безобразие и стыдобища!

— Ага, а деткам как потом расти в такой, с позволения сказать, дружной семейке? Чему они научатся? И как им в люди выйти? Клеймо на всю жизнь! — гномка промокнула выступившие слёзы на глазах. — Бедные маленькие дракончики…

— Вот! В первую очередь мы должны позаботиться о благополучии потомков, — опечалился судья. — Но что же делать?

— Если позволите… — так же тихо и спокойно начал секретарь, что-то строчивший в свой талмуд. — Кажется, есть решение нашей проблемы. Всё законно и не ущемит прав детей.

— И женщин? — поинтересовалась леди Кастарция.