Драко-няня, или Целительница для Черного Дракона (СИ)

Посмеявшись, мы с детьми поднялись и решительно направились в подвал. Играть в прятки и рассматривать древние кресла и стулья — все это добро было снесено именно туда.

Правда, уже в первые минуты мне показалось, что дети не зря настаивали именно на подвале. Они явно что-то искали — сдергивали ткань с картин, заглядывали за диваны и открывали все шкафы. При этом они неуклюже врали про поиски страшного хватайки, монстра, которым их пугали в детстве.

— Ты ведь что-то понимаешь, верно? — я подпихнула Хейддиса локтем.

Дракон преувеличенно громко охнул и потер ладонью бок:

— Не то чтобы знаю, скорее догадываюсь.

— И?

— Не я должен это рассказывать, — тяжело вздохнул дракон. — И не потому, что это тайна, а потому что у тебя возникнут вопросы и вот на них я уже ответить не смогу…

В этот момент я отвлеклась, потому что Лотта, потянув за ткань, едва не свалила на себя гору хлама, которая скрывалась под ней. Едва успев спасти девочку, я тут же бросилась к Марку, который чуть не провалился в глубокий сундук.

— Он же зачарован, вот захлопнулся бы, — ворчала, отряхивая драконенка от пыли.

— Вдруг там хватайка, — Марк отвел глаза, — я бы его ух!

Отпустив дракончика, я с грустной улыбкой проследила за тем, как они с сестрой, с неугасающим энтузиазмом продолжают рыться в горах старья.

— Наколдуй им еще один светляк, — попросила я дракона. — Если уж решил молчать.

— Да не решил я, — раздраженно отозвался дракон. — Они ищут портрет своей матери.

Оп-па.

— Здесь?!

— А сейчас ты спросишь, почему Альдис приказал снять все портреты леди Дальфари, — скривился дракон.

Потерев кончик, я пожала плечами:

— Не спрошу. Моя мать умерла родами и я… Я видела лишь один ее портрет. Точнее, изображение в газете. И то его сожгли — мачеха донесла отцу, и тот лично прибыл, чтобы забрать у меня…

Голос сорвался. Боги милосердные, прошло столько лет, но мне все еще больно. Глубоко вдохнув, я постаралась обуздать свои пошедшие в разнос эмоции:

— Так что мне нетрудно понять, отчего Альдис приказал спрятать все то, что напоминало ему о потере. Но как бы ему ни было трудно, стоило позволить детям оставить в своих комнатах изображение матери.

Чуть помолчав, я тихо добавила:

— Хотя он молодец, не бросил детей.

— Твой отец…"

"— Мой отец виноват в смерти матери. И не виноват — тоже. Он выиграл бой с пиратами, но домой вернулся практически мертвым. Мама вытащила его с того света, исцелила, а после… После ей не хватило сил, чтобы и меня родить, и самой уцелеть. Отец первые годы винил себя, а после ему стало проще винить меня.

Я хмыкнула:

— Но всего этого я не знала. Фанндис рассказала мне только недавно. Так что всю свою жизнь я считала, что отец ненавидит меня вполне заслуженно.