Драгун, на Кавказ!

Горец схватил трофейный мушкет в одну руку, своё древнее длинное ружьё в другую и, перепрыгивая с одного камня на другой, начал удирать вниз по течению.

Бам! Бам! Ударили выстрелы драгун сверху, посылая пули вслед беглецу.

– Прошка, Тимоха! – в проход между валунами проскочил с ружьём в руках Савелий. Быстро, одним взглядом он окинул всю прибрежную площадку и вскинул к плечу мушкет. Грохнул выстрел, и в трёх десятках шагах от них фигуру в чёрном сбила с ног тяжёлая свинцовая пуля.

– Попаал, – протянул удивлённо стрелок. – Тимох, я попал в него!

Гончаров, морщась от боли в спине, поднялся на ноги и подошел к лежащим телам. У драгуна было перерезано горло. Его же пуля попала горцу прямо в сердце. Чёрные зрачки глаз убитого им человека смотрели вверх, в свинцовое хмурое небо Кавказа."

"– По берегу все рассыпались! – послышалась команда унтера. – Каждый камень здесь под прицел берите!

Раздался топот одетых в сапоги ног, и в проём между валунами заскочили трое. Еремей Потапович, Лёнька и Антип водили по сторонам стволами мушкетов, осматривая окрестности.

Антип подошёл к лежащему на спине драгуну и присел рядом.

– Всё, помер Проша, – глухо проговорил он, тронув холодеющую руку, и стянул со своей головы драгунскую каску.

– Зарезали, – прошептал Ленька, взирая с ужасом на большую лужу крови.

– Этого кто? – глядя на Гончарова с Савелием, спросил унтер, кивнув на тело горца.

– Тимоха, – ответил Савелий. – А я в того, во второго, который по камням как козёл скакал, кажись, тоже попал.

– На вот, держи, – как-то деловито и спокойно проговорил унтер-офицер и подал бледному Гончарову кинжал. – Молодец, паря, не оплошал, если бы не в сердце, так он бы тебя и подранком на лапшу построгал. Трофей этот по праву теперь твой, ты его заслужил. Ножны с пояса уж сам снимешь.

А ну-ка, ребятки, пробегитесь по камням и второго на дорогу снесите, – приказал он стоящим рядом с касками в руках драгунам. – Да пошевеливайтесь, а вдруг они тут не одни вовсе были, надобно и нам поспешать. Пошли, пошли, ну и чего вы застыли?!

В проход протиснулись ещё трое и взирали с оторопью на лежащих рядом в крови драгуна и незнакомого чернобородого мужчину.

– А вы чего уставились?! Подхватили за руки, за ноги Прошку и понесли к лошадям! – прикрикнул на них Ступкин. – Мертвяков, что ли, никогда не видали? Так насмотритесь ещё!

Тимофей засунул поданный ему кинжал за пояс и схватил убитого за руку. Вчетвером по камням они вынесли его к самой дороге, а навстречу от егерского охранения бежали в их сторону три десятка стрелков.

– Россыпью вдоль дороги! Оружие к бою! – крикнул своим прапорщик, и солдаты в зелёных мундирах рассыпались, выцеливая из своих ружей окрестные скалы и прибрежные валуны.