Драгоценный подарок

Пока же все для нее! Поцелуй, еще один, жаркий шепот: «Можно?». И стон в ответ.

Одеяло все же сползло в сторону. Марина надеялась, что ее скромность пощадит густой полумрак, рассеиваемый редкими вспышками в камине, но она позабыла об отличном ночном зрении оборотней! Грей, конечно, лишился прежней зоркости, но все же его способности были куда выше человеческих. Он с наслаждением ловил малейшие нюансы выражения лица Марины, пил ее жалобные стоны, когда позволял себе нечто поразительное и недопустимое, по ее мнению. Но бастионы падали, падали… и, наконец, Грей уложил податливые бедра девушки себе на плечи и приник к ее источнику наслаждения, собираясь вознести ее так высоко, как она не бывала никогда прежде.

После первой вспышки удовольствия Адарис дал ей отдышаться, полежать в томной расслабленности, а потом снова начал целовать, медленно поднимаясь от сладких бедер к соблазнительным губам. Марина тихонько вздохнула. Трудно дожить в современном мире до двадцати восьми лет и ничего не знать о сексе. Ей было любопытно и уже совсем не страшно. Грей развеял ее страх своей чуткостью и заботой о ней.

Когда Грей лег на нее, она мимолетно удивилась тому, какую теплую волну вызвала в ней эта тяжесть. Хотелось замереть и прислушаться к себе, но мужчина уже раздвигал ее бедра и пытался устроиться над ней так, чтобы не раздавить собой. А ей требовалось прижаться к нему, чтобы снова испытать то невероятное удовольствие, которое подарил ей Адарис.

Поцелуй, взгляд глаза в глаза и медленное проникновение, напряженное и болезненное, и в то же время почему-то торжественное и трогательное. Войдя в её тугие ножны, Грей замер и ласково пробежал губами по волосам, виску, щеке. Марина отвернулась, скрывая свою боль, и он уважал ее мужество. Сейчас он просто полежит, представляя себя в засаде на охоте или в менее приятном месте, чтобы не сорваться в галоп бешеной страстной скачки. Она достойна большего. Он подарит ей всю нежность и внимание, на которые способен!

Продолжая сохранять неподвижность, Адарис не ожидал того, что Марине станет неудобно и её тело попытается вытолкнуть его прочь, подарив жаркую волну сокращениями внутренних мышц.

— Марина! — предостерегающе прошептал он. — Не двигайся, тебе будет больно!

— Я не могу, — захныкала девушка и снова постаралась оттолкнуть мужчину бедрами.

Конечно, движение вышло столь манящим, что Грей понял, что он пропал. Ситуацию надо было менять, причем немедленно! Сжав бедра девушки руками, он перекатился на спину, уложив ее на себя. Новое положение вызвало ступор, а лорд полюбовался открывшейся картинкой и погладил непривычно напряженные девичьи ноги:

— Не пугайся, теперь ты можешь двигаться сама.

Марина растерялась.