Моя драгоценность

Обняла крепче ногами, с восторгом отдаваясь новым, ярким и необычным чувствам, купаясь в том океане эмоций, что дарил ей Уинхилд, не сдерживаясь больше. Она что-то бессвязно шептала, послушно подаваясь навстречу, её ладони скользили по плечам и спине Уина, а стоны становились громче.

Напряжение внутри нарастало, мышцы сжимались с каждым толчком, и девушка стремительно уносилась за грань реальности, уже не чувствуя тела, превратившись в сгусток ощущений и эмоций. Движения Уина стали резче, сильнее, и Эни потерялась окончательно. Внутри словно лопнула невидимая струна, леди Аметист изогнулась, желая быть как можно ближе, сознание взорвалось разноцветными огнями. Темнота перед глазами расцветилась фейерверком, и тело накрыла волна наслаждения, такая сильная, что Эона не сдержала крика, впившись ногтями в спину маркиза. А потом ещё одна, когда над ухом раздался низкий, полный удовольствия, рык, и Эни всерьёз испугалась, что потеряет сознание, настолько яркими были переживания.

Когда эмоции схлынули, Эона обмякла в руках Уинхилда, пытаясь успокоить дыхание, сознание ещё плавало в тумане после пережитого, и мыслей там пока не появилось. Осознание произошедшего обрушилось разом, едва услышала тихие слова, в которых слышалась отчётливая радость:

– Теперь точно моя. Любимая звёздочка…

Эни замерла, напряглась, чувствуя, как стремительно теплеют щёки, той эйфории, в которой купалась ещё несколько минут назад, как не бывало. О, боги… Что она наделала? Как вообще позволила всему случиться?! Как теперь жить, как смотреть в глаза Экару? Да и примет ли он обратно… Глаза защипало от обиды, и одновременно поднялась волна такой злости, что Эона задохнулась, на несколько мгновений потеряв дар речи. Потом начала молча, ожесточённо вырываться. А этот… маркиз самым возмутительным образом довольно рассмеялся и прижал крепче, не обращая на её попытки никакого внимания! Эни заколотила кулачками по плечам, пнуть не получилось – запуталась в покрывале.

– Пус-сти, слышишь, пусти, н-ненавижу тебя, ненавижу-у-у!.. – голос леди Аметист сорвался, она всхлипнула, зажмурившись и умирая от острого приступа стыда и жалости к себе.

– Ну поплачь, хорошая моя, если тебе полегчает, – ласковый голос Уина и его ладонь, погладившая растрёпанные волосы Эни, добавили переживаний в тот клубок, что теснился в груди, и она, упёршись изо всех сил в подлого совратителя и похитителя, оттолкнула, как могла.

Он отпустил, что вызвало у неё мимолётное удивление. Эона тут же вскочила, позабыв, что на ней кроме чулок ничего нет, отбежала на другой конец комнаты и огляделась, жаждая выпустить эмоции.