Дозоры

С чего вдруг мы решили, будто Венец Всего соединит Сумрак и реальный мир навсегда? Поверили словам Рустама? А он-то сам откуда знает… Сумрак соединится – и снова разойдется. Идущая из нашего мира Сила вновь растащит слои. Это как тугая пружина – ее можно сжать, но она все равно распрямится.

А вот это уже интереснее. В Мерлина, соорудившего потехи ради магическую бомбу для уничтожения всего мира, мне не верилось. Не тот он был Иной. А вот в Мерлина-экспериментатора, придумавшего новую забаву, но не решившегося ее испытать, – легко."

"Что может произойти от кратковременного соединения всех слоев Сумрака с реальным миром?

Вымрут все Иные?

Вряд ли.

Уж тут Мерлин бы не преминул похвалиться своей властью.

А он придумал какое-то иносказательное послание…

Я негромко прочитал вслух, глядя на тихонько возвращающуюся на кухню Светлану:

Венец Всего здесь скрыт. Всего лишь шаг остался.Но он – наследие для сильных или умных,Получишь все и ничего, когда достать его сумеешь.Иди вперед, коль ты силен, как я;иди назад, коль ты, как я, умен.Начало и конец, глава и хвост, все слито воединоВ Венце Всего. Так жизнь и смерть неразделимы.– Пытаешься понять? – Светлана села рядом. – Я вот что подумала – почему мы решили, что Сумрак соединится навсегда? Скорее всего будет и возвратное движение.

– Я тоже так решил, – согласился я. – Как с Белым Маревом. Но к чему это приведет? Синий мох начнет расти в нашем мире?

Светлана засмеялась:

– То-то ботаники обрадуются! Новая форма растительности, к тому же реагирующая на человеческие эмоции. Защитят миллион диссертаций…

– Откроют фабрики по переработке синего мха, – подхватил я. – Начнут из него делать пряжу, джинсы шить…

Светлана вдруг посерьезнела:

– А что произойдет с теми, кто живет в Сумраке?

– С развоплотившимися Иными? – уточнил я.

Светлана кивнула.

– Жизнь и смерть. – Я кивнул. – Не знаю. Ты предполагаешь, что они могут… воскреснуть? Вновь ожить в нашем мире?

– Почему бы и нет. Мы же знаем, они живут. Я видела одного даже на пятом слое, когда дралась с Ариной…

– И не сказала мне, – заметил я.

– Ты же понимаешь, этого лучше не говорить. Не знать, если сам не можешь туда попасть. Я вообще не уверена, что туда попадают все… возможно, только самые сильные. Высший уровень, например. Зачем остальным знать, что они лишены посмертного существования.

– Томас-Рифмач говорил, что там, на нижних слоях Сумрака, волшебные города, драконы и единороги… все то, чего нет в нашем мире, но что могло бы в нем быть.

Светлана покачала головой:

– Томас, мне кажется, очень хороший человек. Но он бард. Поэт. Это не лечится, Антон.