Дозоры

У них такие места есть вдоль трассы, стоят там день-деньской, на работу нанимаются. А он же строитель, верно? Знал всех, и его знали. Приехал, сказал, что нужно пять человек на работу. Сам ведь еще и выбрал… скотина. Увез. Через неделю за новыми приехал…

– У людей что, такой бардак? – спросил Гесер. – До сих пор? Полсотни человек сгинуло, их никто не хватился?

– Никто, – вздохнул Гарик. – Мразь дохлая… он же их не сразу, наверное, убивал… одного убивал, другие своей очереди ждали – день, другой, третий… В этой же комнате. А он выпитых в два полиэтиленовых мешка, чтоб не воняли, и в угол… Там даже батареи отопительные отключены. Видно, зимой начал…

– Мне очень хочется кого-нибудь убить, – процедил Гесер. – Желательно вампира. Но сгодится любой Темный.

– Так попробуй меня. – Небрежно отодвинув с дороги Гарика, в гостиную семейства Саушкиных вошел Завулон. Зевнул, сел на диван.

– Ты не провоцируй, – тихо сказал Гесер, по-прежнему глядя в окно. – А то ведь я могу счесть это официальным вызовом на поединок.

В квартире повисла совсем уж мертвая тишина. Завулон прищурился, подобрался. Как обычно, он был в костюме, но без галстука. И я почему-то подумал, что черный костюм и белую рубашку он выбрал намеренно. В знак траура.

Мы с Ольгой ждали, глядя на двух старых Иных, от которых зависело все и вся на одной шестой части суши.

– Гесер, это же была фигура речи, – примиряюще сказал Завулон. Откинулся на спинку дивана. – Ты что, полагаешь, я был в курсе этого… этого беспредела?

– Не знаю, – отрезал Гесер. Но по голосу было понятно – знает он прекрасно, что в данном случае Завулон ни при чем.

– Ну так я тебе говорю, – все так же мирно сказал Завулон. – Я возмущен не меньше, а возможно, и больше, чем ты. И вся община московских вампиров возмущена и требует казни преступника.

Гесер фыркнул. А Завулон все-таки не удержался от шпильки:

– Ты же знаешь, они очень негативно относятся к подрыву кормовой базы…

– Я им покажу кормовую базу, – негромко и очень веско произнес Гесер. – Пять лет будут сидеть на консервированной крови.

– Думаешь, Инквизиция поддержит? – заинтересовался Завулон.

– Думаю, да. – Гесер наконец-то развернулся и посмотрел ему в глаза. – Думаю, да. И ты мое прошение поддержишь.

Игру в гляделки проиграл Темный. Завулон вздохнул, отвернулся, посмотрел на меня и развел руками: мол, что с ним поделать, а? Достал дорогую сигарету фривольного розового цвета, закурил. Произнес:

– Озвереют ведь совсем…

– Ничего. Ты проследишь, чтобы не озверели.

– Детки без этого взрослеть не станут, ты же знаешь. У них половое созревание только от свежей крови начинается.

Разумеется, Завулона судьба детей-вампиров ничуть не волновала. Ему хотелось поиздеваться над Гесером. В рамках возможного.