Дозоры

Вы вправе прожить обычную человеческую жизнь, не продлевая ее магическими способами и не улучшая качество данной жизни.

Финны остолбенело смотрели на Инквизитора. Завулон тоненько хихикнул, но тут же принял серьезный вид.

– Второе… второе! – сдавленным голосом произнес Юха Мустайоки. Остальные закивали.

– Нет ли возражения со стороны присутствующих? – спросил Витезслав.

Вновь поднялся Гесер. Вздохнул:

– Мы… в качестве маленького жеста доброй воли… считаем возможным разрешить обвиняемым магию… маленькую магию… с неодушевленными предметами.

Казалось, что каждое слово дается Гесеру с трудом, что он заставляет себя проявлять милосердие.

– Ну, скажем, найти потерянную вещь… маленькую… ключ там или монетку… Мух из комнаты прогнать… по установлению мухи считаются неодушевленными, так? Карбюратор в машине прочистить…

На лице вампира появилось легкое удивление. «Не понял!» – сообразил Эдгар.

– Инквизиция не возражает… – сказал наконец вампир. – Наложить на обвиняемых печати!

Два Инквизитора подняли правые руки – и к четырем осужденным протянулись тонкие мерцающие нити энергии. Печати накладывались намертво, оставляя осужденным возможность лишь к самой слабой магии. Пожалуй, Инквизиторы и впрямь не поняли, что неожиданная доброта Гесера лишь усилила наказание. Одно дело – быть начисто лишенным магии, постепенно смиряясь с человеческим существованием. Совсем другое – каждый день ощущать себя немощным калекой, довольствуясь тенью былых способностей.

Впрочем, финны об этом пока не думали. Совершенно ошалевших от счастья, их вывели из зала Трибунала. Юха все порывался вырваться и начать пожимать всем руки, но бдительные стражи самыми банальными толчками и подталкиванием вынудили его выйти вон.

Эдгар покачал головой. В общем-то было приятно, что братья-Темные спаслись. Но такой ценой… Пожалуй, он бы предпочел быструю смерть.

– Следующий вопрос заседания не был заявлен заранее, – сказал Витезслав. – Инквизиция просит войти в круг обвинения руководителя Московского Ночного Дозора, известного под именем Гесер…

Завулон торжествующе улыбнулся.

– И руководителя Московского Дневного Дозора, известного под именем Завулон.

Легкая растерянность на лице Завулона очень порадовала Эдгара. Вот только… насколько она наигранна?

– Первый вопрос Инквизиции к Великому Магу Гесеру. – Витезслав говорил сейчас вежливо, но очень твердо. – Гесер, производилось ли вами воздействие на Книгу Судьбы присутствующей здесь Великой Волшебницы Светланы Назаровой с целью вынудить упомянутую Великую Волшебницу стать матерью Светлой мессии?

В зале повисла тишина.

– Уточните формулировку, Витезслав, – мягко попросил Гесер. – А то обижусь.