Дозоры

И нетрудно догадаться, каким оно будет…

Антон поднялся, кивнул друзьям и двинулся на третий этаж, к шефу.

На душе было пакостно, не радовали надвигающиеся праздники, которых люди ждали по всей Земле так, будто цифра 2000 может что-то изменить. Да какая, собственно говоря, разница?

И лишь у самой двери кабинета Антон почувствовал слабую заинтересованность.

Очень мощная магическая защита. Здание Ночного Дозора и само по себе закрыто от наблюдения, кабинеты сотрудников и залы для совещаний экранированы дополнительно. Но сегодня Гесер, похоже, приложил массу дополнительных усилий для обеспечения конфиденциальности: воздух в коридоре был спертым, неподвижным, пропитанным энергией. И эта незримая стена уходила куда-то в сумрак, гораздо дальше, чем первые два слоя, доступные Антону.

Он вошел в кабинет и плотно закрыл за собой дверь. Почувствовал легкое движение за спиной, где смыкалась разорванная на миг защита.

– Садись, Антон, – сказал Гесер. Вполне дружелюбно спросил: – Чай, кофе?

– Спасибо, Борис Игнатьевич, – вновь называя Гесера мирским именем, ответил Антон. – Только что выпил.

– Кружечку пива? – неожиданно предложил Гесер.

Антон с трудом подавил желание протереть глаза, а лучше – ущипнуть себя за руку. Гесер жизненных радостей никогда не чурался. И прошвырнуться с молодежью на дискотеку, пофлиртовать с глупыми молоденькими девчонками, а то и укатить с какой-нибудь на всю ночь. И хорошенько посидеть в ресторане над экзотическими блюдами, гоняя взад-вперед официантов и вгоняя в дрожь поваров знанием кулинарных изысков. И даже поехать гулять с сотрудниками, по-свойски попивая пиво с копченым лещом, водочку с малосольными огурчиками и винцо с фруктами."

"Одно было Гесеру несвойственно совершенно – устраивать развлечения на рабочем месте. За бутылку коньяка, распитую десятью сотрудниками аналитического отдела по поводу дня рождения Юлечки, самой младшей и всеми любимой волшебницы Дозора, провинившиеся были наказаны с поистине гениальной изобретательностью. Не спасло даже заступничество Ольги, принимавшей участие в проступке вместе со всеми. Наказание для каждого было придумано индивидуальное, и причем такое, что было максимально обидным. Юлечка, к примеру, вынуждена была в течение недели не посещать офис Дозора, а учиться в школе вместе со сверстниками, ходить с одноклассницами в кафе-мороженое, а с одноклассниками – в кино и на дискотеки. Обратно в Дозор Юля вернулась, кипя негодованием, и долгое время повторяла: «Господи, да вы бы знали, какие они все тупые! Ненавижу!»

За «ненавижу», впрочем, она получила добавочный штрафной день.