Дозоры

Мой защитный полог таял, а я все еще не могла осмыслить происходящее.

Ведь он же может вмешаться! Даже на расстоянии! Доли его сил хватит, чтобы я выдержала натиск, свела дуэль вничью!

– Завулон, ты говорил, что любовь – великая сила!

«А разве ты в этом не убедилась? Прощай, девочка моя».

Только теперь я поняла все.

Одновременно с тем, как растаяли мои силы и невидимый пресс вновь навалился на меня, вдавливая в теплую, сумрачную глубь.

– Игорь! – крикнула я, но плеснувшая волна заглушила мой голос.

Он плыл метрах в пятидесяти. Он даже не смотрел в мою сторону. Он плакал, но в море нет места слезам.

И меня тащило, тащило, тащило в темную бездну.

Как же так… как же так…

Я попыталась собрать Силу с берега. Но там почти не было Тьмы, которую я могла бы взять. Сладостный восторг, радостные крики – это не ко мне.

Только метрах в ста позади нас с Игорем тщетно пытался лечь на волны и размять сведенную судорогой ногу так неудачно влюбившийся в меня подросток, невесть как заметивший, что мы вошли в воду, и поплывший следом. Гордый мальчишка со смешным именем Макар, уже понимающий, что ему не доплыть обратно до пляжа.

Любовь – великая сила… какие же вы глупые, мальчишки, когда влюбляетесь…

И барахтающийся в подступившей панике Макар… я могу взять его страх и продлить свою агонию на пару минут…

И плывущий Игорь: не видящий, не слышащий, не чувствующий ничего вокруг, думающий лишь о том, что я убила его любовь. Глупый светлый маг, не знающий, что в дуэлях не бывает победителей, особенно если дуэль тщательно подготовлена Завулоном…

– Игорь… – прошептала я, ныряя и чувствуя, как давит, давит, давит меня темное небо – прямо к темному, темному, темному дну.

Папа, прости… я не могу переплыть это море…

Часть вторая

Чужой для Иных

Пролог

Впереди уже тлели огни вокзала, но окраина мрачного запущенного парка рядом с заводом «Заря» хранила густую стылую темень. Под ногами хрустел наст, который к полудню, вероятно, опять подтает. Далекие свистки локомотивов, невнятные объявления по радиотрансляции да хруст под ногами – вот и все, что мог бы услышать случайный гуляка, забреди он в такое время в парк.

Но сюда давно уже не совались ночью – да и вечером тоже. Даже прогуливающие здоровенных и зубастых питомцев собачники.

Потому что собаки не спасали от того, кто мог встретиться ночью во тьме, среди подросших за четыре десятилетия дубков."

"Одинокий путник с объемистой сумкой на плече явно спешил на поезд и поэтому решил срезать угол. Пойти через парк. По хрустящей настом и иногда гравием дорожке. Звезды удивленно глядели на этого смельчака. Сквозь изломы голых ветвей просвечивал желтый, как лужица ликера «Адвокат», диск луны. Причудливые очертания лунных морей казались тенями людских страхов.