Дозоры

Что ж ты, говорит, мы тут зрителя не приглашали! Ежельше, говорит, на шулерстве меня споймать хочешь, так это дохлый номер, а коли следить за картой взялся, так садись, ставь рублики да играй, мож, научишься, говорит, пока я добрый!

– На слабо тебя взял, короче говоря!

– Ну, это как сказать, дядь Федь. По теории вероятности, не может одному человеку всегда везти, а другим – никогда. Думаю, если парень не шулер, то секрет – в его мастерстве, а мастерство в игре – это умение думать, просчитывать варианты, помнить вышедшую карту и так далее. Нешто, думаю, я со своим образованием, со склонностью к математическому анализу не осилю человека, который семь классов навряд окончил?!

– И, стало быть, не осилил, – с грустью покивал Денисов.

– Не осилил, дядь Федь! Такого монстра никому не осилить, я таких и не видывал никогда. Он будто бы все карты насквозь знал, не только те, что на руках, а и те, что в колоде – какая сверху, какая в середке, какая последняя лежит. Будто рентгеном просвечивал! Я, дядь Федь, из-за него взаправду в фарт поверил, потому что везение у него не только в картах – он любой спор выигрывал. Вот было один раз, – оживился Мишка, свернув с собственной оплошности на другую, более легкую тему, – заспорили Витек из Ивантеевки и Аркаша Манучаров откуда-то с Кавказа, с кем из них после кино леспромхозовская учетчица Глаша гулять пойдет. Ленька просто мимо проходил – обломись, говорит, ребяты, Глафиру нынче до дома Валерка провожать будет.

– И что? – заинтересовался Денисов. – Проводил Валерка учетчицу?

– А то! – усмехнулся Мишка. – А самое чудное знаешь что? Что Витек с Аркашей возле Глаши три дня увивались, а Валерка до того вечера с ней вообще знаком не был!

– Так, может, подговорил их Ленька, чтобы познакомились да ради смеха позволили ему пари выиграть?

– Не-е, дядь Федь! Я уж к тому времени внимательно за ним наблюдал. Ничего такого не было, ни шулерства, ни договоров. Просто фартовый он, этот Ленька.

– Фартовый… – задумчиво повторил за Мишкой Денисов, поднялся с места, прошелся по комнате. – А чей он будет, откель такой?

– Да из соседнего района! Загаринский вроде, но это я точно не вспомню.

Денисов еще походил туда-сюда, округлив рот и собрав на лбу складки, потом поправил, сам того не заметив, рубашку на спинке стула, развернулся лицом к хозяину.

– Вот ведь как выходит, Мишань: я сюда пришел про воровство узнать, а ты мне, похоже, профессионального картежника удружил.

– Какое воровство? – встрепенулся гармонист. – Впервые слышу. Вроде при мне ничего такого не было!

– А ты и не мог покамест слышать. Ты вот вчера уехал из Вьюшки, а нынче ночью со стройплощадки кирпича и бревен умыкнули вагон и маленькую тележку.