Дозоры

Далее – если вдруг она, получив от мужа необходимое, решит развестись, ее прежний возраст и соответствующий внешний облик ей вернут в принудительном порядке. К сожалению, обратно омолодить Сергея в этом случае уже не получится. И поскольку вся эта затея осуществима только до той поры, пока жив Сергей, в интересах Фирсовой самой контролировать и интенсивность процесса, и заботиться о состоянии здоровья своего супруга, его жизненных силах – их связь должна быть постоянной, не прерываясь ни на секунду. Ну и наконец, Светлые выторговали право на вмешательство уровня, соответствующего тому, который потребуется Темным для осуществления задуманного.

– Сергей, конечно же, был в восторге, когда ему поведали об энтом?

– Разумеется. Его слово было решающим. Если бы хоть кто-то усомнился в его желании, если бы заметили хоть след воздействия на его эмоции и поступки – достигнутая договоренность была бы мгновенно расторгнута, а попытка осуществить все это в обход Ночного Дозора приравнивалась бы к серьезному нарушению Договора. – Угорь потер кончик носа и усмехнулся. – Вот была ли в восторге сама Фирсова – не знаю. Теперь все ее силенки должны были уходить на поддержание связи, тонкой ниточки между ней и мужем. К ней жизненная энергия Сергея поступает по этому каналу, благодаря ему же Фирсова контролирует состояние супруга и общий баланс. Она даже бытовой магией пользоваться теперь не может, не говоря уже о каких-то других, более серьезных Темных делишках. Хоть какая-то выгода Ночному Дозору!

– И ведь пошла же на энто! – с уважением произнес Денисов, по-прежнему высматривающий что-то за окном. – Вона чего любовь-то делает!

– Любовь… – задумчиво проговорил дозорный. – Я очень много думал про это. Ну, то, что Темные умеют любить, сомнений не вызывает. Просто очень часто за их любовью стоит какой-то расчет: не столько дать, сколько получить. Эгоизм в чистом виде. Сложись ситуация наоборот, пожертвовала бы Фирсова десятью-пятнадцатью годами своей жизни, чтобы быть с Сергеем? Не думаю. Наоборот, предполагаю, что, не будь этого обстоятельства, она вообще не связала бы свою жизнь с обычным смертным. Зачем? Зато сейчас и выглядит она, как выглядела в конце пятидесятых, и ребенка родить может. Неплохая выгода, да? С другой стороны, она так отчаянно кинулась защищать мужа, прикрывать его собой…

– А вот про энто ты мне подробнее расскажи, – обернулся от окна Федор Кузьмич, присел на подоконник. – Я уж и сам докумекал, что у вас случилось, но ведь могу и ошибаться, верно?"

"– Да неразбериха у нас случилась! – с досадой махнул рукой Евгений Юрьевич. – В области никак не предполагали, что они в нашем районе окажутся, поэтому и не оповестили меня.