Дозоры

– Или ему не дают, – добавил шеф с таким видом, будто счел меня безнадежно упертым. – Как думаешь, если в Дневном Дозоре возникнет двоевластие, кого негласно поддержит Ночной? Юрия или нынешнего шефа?

– Наверняка шефа! Даже если Юрий Юрьевич будет выступать «за», а не «против» спасения небольшого города на полтора миллиона человек, – не удержавшись, съязвил я. – Одного не пойму: если он так опасен, почему его до сих пор не убрали? Уж за сто-то лет могла подвернуться возможность. Как говорил писатель Рыбаков: нет человека – нет проблемы.

– Сталин. Это говорил Сталин.

– Не-ет, – блеснул я эрудицией. – Фразу придумал именно Рыбаков в «Детях Арбата» и приписал ее Сталину. Тоже хотел демонизировать. Он потом сам признавался.

Шеф только отмахнулся.

– Курсант Романов, у вас все?

– Нет. – Я собрал волю в кулак и на одном дыхании произнес: – Прошу выдать ордер на обыск квартиры Веденеевой Лидии Николаевны.

Шеф удивленно поднял брови:

– Зачем?

– Для того чтобы поставить точку в расследовании и убедиться, что мы ничего не упустили.

Я не стал в сто первый раз озвучивать свои подозрения. Юрий Юрьевич отправил копию рабочего рапорта в Ночной Дозор, и, несмотря на весь страх и ненависть, его экспертное мнение сочли единственно верным. Портал взорвался, ведьма мертва, точка. Что там думает курсант Романов, никого не интересовало.

– Ну-ну. – Шеф выдвинул ящик и положил передо мной сложенный вдвое лист.

Я недоуменно посмотрел на бумагу.

– Ордер на обыск, – пояснил шеф.

Я сложил лист вчетверо, сунул в нагрудный карман. Не люблю, когда людей выставляют на посмешище. Шеф неделю твердил, что расследование закрыто, а сам загодя выписал ордер.

– Спасибо, – сухо поблагодарил я. – Постараюсь оправдать оказанное доверие.

– А убрать его пытались. – Слова шефа догнали меня уже в дверях. – Но после того как он убил на дуэли Светлого мага вне категорий, желающих заметно поубавилось.

Я обернулся и с удивлением переспросил:

– Мага вне категорий? Но ведь в досье написано, что у Юрия Юрьевича только первый уровень.

Шеф пожал плечами.

* * *Полуподвальное кафе было крошечным. Стойка с тремя стульями, четыре пластиковых столика и одинокая вешалка. Я сидел у холодного окна и грыз пиццу с кусочками фруктового ассорти. На душе было гадко, желтые ломтики ананаса казались стерильно безвкусными. За соседним столом пили пиво две студентки. Пицца у них была не в пример серьезнее – с охотничьими колбасками. Вскоре после моего появления беседа утихла. Девушки только переглядывались, но больше смотрели в мою сторону. От этих взглядов становилось гадко вдвойне. Им не важно, умный я или глупый, интеллигент или люмпен. Даже внешность не важна. Людей тянет к Иным. Точка.