Дозоры

 — Безмерно рад я услышать твой голос! Пребываешь ли ты в добром здравии и благом расположении духа?

— Спасибо, Эразм, — ответил я, присаживаясь на краешек стола. — Я в добром здравии и хорошем настроении.

— Мне отрадно это слышать, — сказал Эразм. — В Московии ли ты, или служба занесла тебя в далекие неизведанные края?

— Да, я в Москве, — признал я.

Мне не нравилось, как Эразм говорил. Он был чересчур возбужден. Говорил чуть торопливее обычного. И какой-то шум слышался на заднем плане. Негромкий, но неприятный.

— Как жаль, что мы сможем говорить всего две с половиной минуты! — сказал Эразм.

— Почему? — удивился я. — Э… у тебя садится мобильный? Или нет денег на счете?

Эразм тихо рассмеялся.

— Нет-нет! Денег мне хватит до конца жизни! Но я же пророк, ты помнишь? Антуан… прошу тебя. Я не могу больше гадать о подарке Великого Гесера. Скажи мне, Антуан! В чем секрет бонсая, который он мне передал?

Шум в трубке стал чуть сильнее.

Я поколебался мгновение.

— Эразм, я не знаю точно. Я не спрашивал Гесера. Но мне кажется, что я понял, в чем дело.

— Ну, ну? — заинтересованно спросил Эразм.

— Это просто деревце в горшке. Просто бонсай. Без всякой магии. Гесер так пошутил.

Секунду Эразм молчал, только шум в трубке нарастал. Потом он расхохотался.

— Гесер! О, старый тибетский хитрец! О, мне говорили, что он любит дурацкие шутки! Спасибо, Антуан! Я… я должен был узнать. Должен был услышать. Иначе слишком обидно!

— Эразм, что происходит? — спросил я. — Прости за вопрос… ты пьян?

— Да, немного, — признался он. Я отчетливо услышал глоток. — Но это такое редкое виски… такое древнее… я берег его для особого случая…

— Эразм, что там у тебя? — закричал я.

— Тигр, — очень спокойно ответил пророк. — Я тебя чуть-чуть обманул, Антуан. Не держи зла. Из дерева, куда я кричал свое пророчество, я вырезал два кубка.

— Ты узнал свое пророчество? — Я соскочил со стола. Подбежал к окну. Так… кто на территории… никого… но если я очень поспешу, то на улице есть прохожие… — Эразм, продержись минуту! Я дам трубку человеку, скажи ему…

— Не надо, Антуан, — попросил Эразм. — Все предрешено. Не надо! И не пытайся узнать мое пророчество, прошу. Это… не принесет тебе радости и долгой жизни. Не сердись, что я дал тебе кубок. Забудь о нем. Схорони его.

— Я не могу тебе этого обещать… — сказал я честно.

Эразм вздохнул в трубку.

— Тогда прости меня. У меня всего двадцать секунд, Тигр сейчас пробьет защиту. Завещание я кладу в портфель… портфель крокодиловой кожи… вот так. Он будет лежать на столе в кухне.

— Эразм, мне очень жаль! — воскликнул я. — Может быть, я могу что-то сделать?

— Свяжись с лондонским Дневным Дозором. Попроси их… убрать в моем доме. — Он помедлил мгновение.