Секретный Дозор

Вот он союз поколений, вот его плоды! Да нам никакие невидимки не страшны!

Данилов подошел к бару и залез в него чуть ли не пояс.

— По этому поводу надо выпить, — глухо объявил он, копаясь в многочисленных бутылках, которые были мне слегка видны сквозь щель между дверцей и необъятной спиной шефа. — Тем более тебе сейчас нужна разрядка.

Наконец он достал бутылку армянского коньяка, пару рюмок и блюдечко с нарезанным лимоном.

— Двадцать пять лет выдержки, — похвалился он, разливая коньяк.

— Я думал вы пьете французский. Какой — нибудь «Мартель», — сказал я, с благодарностью принимая из рук Данилова янтарную жидкость.

— Ну и молодежь нынче наглая пошла, — сообщил мне Василий Петрович. — Мало того, что у своего начальства дома коньяк пьют, да еще им французский подавай.

Я понял, что он шутит и, протягивая к нему рюмку, спросил:

— За успех операции?

— Нет, лейтенант. Чокаться мы не будем. За Фадеева. Давай помянем его, как человека, — не согласился со мной Данилов и, выпив коньяк, сказал. — Он хоть и был нашим противником, как теперь оказалось. Кротом. Но в управлении работал хорошо. Претензий у меня к Борису не было никаких. Кстати надо не забыть проверить, как Фадееву удалось на протяжении трехсот лет, а особенно последние семьдесят — восемьдесят так хорошо маскироваться. Тем более работать у нас. Интересно… — задумался шеф. — Впрочем, с их-то возможностями, — Данилов разлил еще по рюмке и убрал бутылку, давая понять, что все, бар закрыт.

— А вот теперь за нас. За успех операции, которой еще не было в истории мировых спецслужб. За исключением может быть святой инквизиции, — усмехнулся он. — За твой успех. И не спорь, Сергей, — остановил меня Василий Петрович, видя мое желание протестовать. — Реальное начало было только сегодня. А до этого все так… одни потуги, возня и беспочвенное теоретизирование… За один вечер, как бы он ни был для тебя тяжел, мы узнали о противнике во много раз больше, чем за все предыдущие годы.

— Однако, без московских ученых, вряд ли этот прорыв стал возможен, — возразил я.

— Все так, — согласился шеф, — но, то Москва, а про наши заслуги забывать тоже неможно. Кстати, о Москве. Завтра, — Данилов опять посмотрел на часы, — то есть уже сегодня я улетаю с докладом о твоих похождениях. Тебе же санкционирую согласие на обучение в их школе…

— Курсах, — машинально поправил я.

— Хорошо, пусть курсах. Хоть в академии. Может у них и такая есть. Остальное на твое усмотрение. Как показала практика, ситуация может меняться слишком быстро и времени на размышления и тем более на мои советы может не быть. Так что учись принимать решения сам.