Секретный Дозор

Во всяком случае, на фасаде здания виднелись слегка выщербленные цифры, обозначающие не что иное, как год постройки. Одна тысяча девятьсот сорок шестой.

В прохладном полумраке раздевалки он быстро натянув чуть маловатый от частых стирок летный комбинезон, со всех ног бросился ко второму справа «Бланику» с нанесенной на серебристом борту красной пятеркой. Но спешил Сергей совершенно напрасно. Не пришел еще даже пилот буксировщика. Коротая время в предполетном осмотре машины, Муромцев обошел планер по давно уже выученной и отработанной схеме. Потрогал вертикальное оперение, погладил немного пыльной ладонью фюзеляж в том месте, где у живых существ обычно находится спина. Потом заглянул в кабину. Откинул зачем-то закрытые техником плексигласовые, уже слегка пожелтевшие фонари и подошел к округлому носу «пятерки». Снова погладил по блестящему металлу и вдруг неожиданно для себя спросил:

— Ну, ты как? Готов? Сегодня одни с тобой останемся. Не подведешь?

— Что ж, — решил Сергей. — Молчание знак согласия. Да и к чему пустые разговоры. Да? Ты только не важничай. Пусть я только курсант, но и ты, согласись, не «МиГ».

— Беседуешь? — спросил неслышно подошедший инструктор. — Не смущайся. Правильно делаешь. Ты на них, — он показал кивком головы на веселящихся в отдалении, ржущих над какой-то шуткой курсантов, — не смотри. Ты на нее смотри. На машину. Она же не женщина. У ней же все всурьёз. Это понимать, надо пацан! Чувствовать. Сколь в нее вложишь, столь она тебе и возвратит. И никогда не подведет.

— Так уж никогда, Николай Семенович, — засомневался Муромцев.

— Никогда. Хотя… конечно это как поглядеть. Бывает… Но все равно. Она хоть и железка безответная, а все-таки ее любить надо! Понял? Ну, все. Вон буксир, наконец, шкандыбает. Давай выкатывать.

Однако прошло еще около получаса до взлета. Пока запустили и прогрели двигатель «Вильги», пока принесли и размотали трос, прицепили планер. Наконец все устроилось. После короткого разбега по пыльной траве аэродрома легкий «Бланик» раньше самолета-буксировщика оторвался от полосы и занял свое место в строю.

Всего несколько минут небыстрого пологого подъема, и буксировочный трос полетел вниз. «Вильга», качнув им на прощание тонким узким крылом, круто отвалила вниз и в сторону. Муромцев с инструктором остались одни.

Из передней кабины Сергея, с полутора тысяч метров высоты обзор был просто шикарным. Низкие борта планера, находящиеся почти на уровне поясницы Муромцева, огромная площадь остекления создавали наилучшие ощущения полета по сравнению с другими летательными аппаратами. Если же не сильно крутить головой по сторонам, то в поле зрения пилота не попадали даже законцовки крыла. Так создавалось ощущение свободного полета.