Новогодний Дозор

Да, на Земле невозможно летать на Луну, как у Жюля Верна, но в космосе наверняка что-то придумали. А как летали до пушек, ведь старый контракт на французском языке с именем Jules Verne был далеко не первым в подшивке? Обвязывались ракетами или путешествовали на птичьих упряжках? Кто знает, что у них там за птицы…

Герман представил, как взлетают яйцеобразные ракеты, имеющие прототипом аппарат инженера Лося. Как перемещаются с планеты на планету челноки на кейворите, как сменяют их более продвинутые анамезонные, а потом фотонные космолеты. Как раскидываются на многие километры звездные паруса. Уходят корабли в гиперпространственный прыжок. Путешествуют от звезды к звезде на полых астероидах, сменяя друг друга, поколения космолетчиков. Окинул мысленным взглядом громадные станции-города и попытался ощутить, как пахнет тамошний ионизированный воздух. Вообразил себе созданий с хрупкими телами, большими головами и крупными глазами, которые входят в придуманные на Земле кабины нуль-транспортировки. Представил тени марсианских летающих кораблей на равнинах песчаных планет. Ощутил зависть к тем, кто пользуется где-то у себя на Большой Медведице машиной времени.

А затем посмотрел в окно. За трещинами рамы, за решеткой, за кактусами и лимонным деревом падали белые хлопья. На подоконнике пенился взбитый снежный прибой. Может быть, так выглядят снежные шапки марсоподобных планет-карликов.

– Я должен буду писать только… об этом?

– Что вы, нет! Пишите хоть фэнтези время от времени. Контракт оговаривает, чтобы нужная тематика была не менее определенного процента. Там оговаривается еще процент новизны и прилагаются специальные шкалы. Зачем нам – и вам – новые антигравы, если они уже были?

– А в случае несоблюдения? – Герман почему-то не узнал свой голос.

– Вы думаете, кто-то с вами будет судиться? – агент, вдруг выяснилось, уже не сидел на стуле, а стоял, обхватив его спинку и нагибаясь к Герману. – Мы просто прекратим свою помощь, вот и все. Но к тому моменту она может вам уже и не понадобиться. Только… сможете ли вы спокойно жить с ощущением, что подвели целую Галактику, и не одну? Сможете ли продолжать считать себя художником? Знаете, это контракт для вас, а не вы для контракта…

Агент уже стоял у окна, спиной к Герману и, казалось, тоже наблюдал, как мир покрывается снегом. Его потенциальному клиенту даже стало неловко, будто он допустил в разговоре какую-то бестактность.

– Мне нужно подумать, – выдавил Герман.

– Понимаю, – агент уже смотрел на него и улыбался, хотя Герман не заметил, как тот поворачивается. – Любое ограничение смущает. Недели вам хватит на размышление?

– Хватит.

– Отлично! Жду вас в следующую среду.

Герман поднялся – и тут его как будто ударило.