Дознание в Риге

Он очень извиняется за свое неразумное поведение. Просит о милости. И об откровенном разговоре.

– Вот как? Что случилось, раз он переменил свою линию?

– У Цвейберга убили телохранителя, – лаконично пояснил граф.

– Теперь понятно. Где он?

– Сидит внизу в ресторане и ждет вас. Если, конечно, вам удобно.

– Мне удобно, – сказал сыщик. – Сообщите ему, что я сейчас спущусь.

Цвейберг вовсе не выглядел напуганным, как ожидал Алексей. Скорее удрученным. Он начал с извинений, а потом сразу заговорил о погибшем охраннике:

– Вы его наверняка помните. Галлер – бывший цирковой борец, сильный и смелый человек. У меня никогда до сей поры не было никакой стражи. Зачем? Это главари шаек, люди малокультурные и кровавые по натуре, держат ее. А я не бандит, я коммерсант.

Здесь немец сделал паузу. Видимо, ожидал возражений. Но Лыков не сказал ни слова.

– Однако в последнее время все изменилось, – вздохнул «коммерсант». – Появились новые люди. Те, о которых вы спрашивали.

– Это они убили вашего телохранителя?

– Да.

– Я еще не был в управлении и не читал сводку происшествий. Расскажите, как все случилось.

Цвейберг опять вздохнул.

– Вчера ночью я возвращался с делового ужина домой, – начал он. – Шел мимо Шнекенберга. По-вашему это Бастионная горка. Галлер был впереди. Вдруг крикнул: «Бегите!» Вижу, он держит кого-то за горло. А второй тычет в него ножом. Раз за разом. Понимаете? Тычет и тычет… Вынимает нож и снова… Галлер ревет, как медведь, но не отпускает первого. Ну я и побежал.

Мужчины помолчали.

– Он честно выполнил свою часть контракта. А я теперь выполню свою: обеспечу его мать и жену. По гроб. Но человек умер, защищая меня. Конечно, так было записано в условиях, однако это чрезмерная плата. Я хочу отомстить за смерть Галлера.

– А заодно избавиться от угрозы нашими руками, – добавил сыщик.

– Думайте, как вам угодно. Я понимаю, вы обижены за тот разговор.

– Обижен? Нет, я уже привык, что преступники уклоняются от ответов. Но Галлер погиб из-за вашего упрямства. Сильный и смелый человек, который до конца выполнил условия контракта.

– Я признаю свою вину, господин Лыков. И готов, пусть с запозданием, искупить ее. Что же до моей совести, до моих отношений со Всевышним, – а смерть Галлера, конечно, навсегда омрачит мою совесть, – то вас это уже не касается. Стыдить меня не надо.

– Хорошо. Начнем искупать вину прямо сейчас. Язеп Титус украл у вас деньги? Сколько?

– Да, негодяй действительно обворовал меня. Похитил двадцать три тысячи… примерно.

– Вы наняли Дохлого Августа, чтобы тот отыскал покражу?

– Это правда. Язеп купил трактир на мои средства, через подставное лицо. Где-то в Митавской части. Август за десять процентов подрядился найти его.