Доза красивого яда (ЛП)

Звучит угрожающе, но она меня не пугает. — Ты хочешь сказать, что хочешь причинить мне боль? Ты действительно соответствуешь этому прозвищу, не так ли, Рочестер?

Глядя на меня, ее глаза обшаривают мое тело, как будто она оценивает меня. — Я обдумывала это.

Я фыркаю от удовольствия. — Думаю, я это заслужил.

— Ты думаешь? — Она поворачивается обратно к бильярдным киям и хватает один. — Но ты приложил все усилия, чтобы избежать этого разговора, так как насчет того, чтобы вместо этого заключить пари?

Мои брови приподнимаются. — Пари?

— Одна игра. Если я выиграю, ты должна перестать избегать меня — и не говори, что это не так, потому что это так. — Мои губы сжимаются, когда она с трудом выдавливает из себя слова. — Перестань утверждать, что ты слишком занят, чтобы прийти потусоваться, когда мы оба знаем, что ты дуешься дома с пакетом Doritos.

Это чипсы для барбекю, но неважно. — Я не дуюсь.

Она ухмыляется, зная, что ни капельки в это не верит. — Уверена, что нет.

Я не должен был потакать ей. Поступив именно так, я в конечном итоге узнал, насколько хороша на вкус ее киска. Но какая-то часть меня заинтересована в этом пари.

— А что, если я выиграю?

Обходя стол с другой стороны, она выглядит так, словно вляпалась по уши. — Все, что ты захочешь.

Я позволяю себе на мгновение задуматься об этом. Не то чтобы она просила о чем-то таком, чего в конечном счете не должно было произойти. Мне может сойти с рук только то, что я не появляюсь так долго, прежде чем люди начнут задавать вопросы, и у меня такое чувство, что Кэм все равно приближается к этому моменту.

Взглянув вниз на бильярдный стол, а затем снова на нее, я не могу удержаться от улыбки. — Ты вообще когда-нибудь раньше играла в бильярд?

Она закатывает глаза. — Нет, но ты загоняешь шары в лузы. Насколько это может быть сложно?

Ладно, я заинтригован. — Ты сама заключила сделку, Рочестер.

Это резня, и это слабо сказано. Все ее полосатые мячи, кроме двух, все еще на столе, пока я нацеливаюсь на свой последний мяч, прежде чем забить восьмерку. Поначалу все было напряженно, и никто из нас почти ничего не говорил, но чем больше она раздражается, когда я забиваю шар в лузу, тем больше я не могу удержаться, чтобы не поддразнить ее по этому поводу.

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной, — стонет она, когда я делаю это.

Я улыбаюсь и приподнимаю брови, глядя на нее. — Не так-то просто, не так ли?

— Нет.

Обходя стол, я ищу хороший ракурс, чтобы сделать этот выстрел, но это невозможно. Ее шары стоят у меня на пути. Я наклоняюсь и делаю случайный бросок, отправляя восьмерку шаров в середину стола, но далеко не в лузу.

Настала ее очередь.