Малоизвестный Довлатов. Сборник

Посылаю тебе условный вариант правки, чтобы ты видел, о чем речь.

Маруся, хочешь — стансы напишу?Как сладостно томление разлуки……В кафе «Снежинка» города Прилукием на обед молочную лапшус огурчиком. Фуражка набекрень.Распахнута моя косоворотка.Вокруг сидят улыбчиво и кроткокрестьяне из соседних деревень.Кондовая, махорочная Русь,галоши, телогрейки и портянки…Бывает, что увидится мне с пьянки —приют неунывающих марусь,но — Родина!..Не мне ли сужденодожить мой век среди ее отбросов?..Я прежде был ученый и философ(в «философе» два «л» или одно?).Маруся, жизни нет. Замкнулся круг.Здесь всякий холмик мнит себя Казбеком,ведь я был не последним человекомв системе Академии Наук.А нынче — к огнедышащим печамя подношу формованное тесто.Моим словам просторно. Мыслям — тесно,и в сердце — неизбывная печаль.Шесть лет, как я покинул СССР.Считай, что я в загранкомандировке.Как накуплю вещичек по дешевкеи вышлю аккурат на твой размер.И так далее.

«Погас огонь. Остался свет лучины…»И еще:

«мы ласточки. А может быть — стрижи…»Все остальное соответствует. Наум, не сердись. И не думай, что я рехнулся. А если и рехнулся, то отнесись с пониманием.

И еще сообщи — где было напечатано это стихотворение? Но, впрочем, даже если в «Панораме», я его вставлю. Авторство укажу непременно.

С этим все. Жду.

Дальше. В «Гранях», действительно, переворот. Владимова погнали за жидолюбие, юмор, отсутствие желваков на скулах. Короче — за талант и за качество. Это — метафизика серых. Так и должно быть.

Журнал «22» мне активно не нравится. Там сидят снобы Выходят редко, денег не платят, почти не циркулируют, да еще и считают, что печататься у них — честь. Лучше восстанови отношения с «Панорамой».

Половец обжулил тебя случайно, деньги он платит более-менее аккуратно и авторов, в общем, ценит. Впрочем, и в «22» пошли что-нибудь. Кстати, физический цикл — это очень в их русле. А так, что я могу узнать насчет Сагаловского? Естественно, они ответят, что пусть пришлет, будем рады.

Совместным творчеством мы обязательно займемся осенью. Но мы напишем не детективную повесть, а эпистолярную. Я давно задумал договориться с кем-то, обозначить два характера, выдумать тему переписки, например — пропажа коломянковых брюк на дне рождения эмигранта Мешкевицера, и начать долгую переписку с широким обзором событий и лиц. Осенью поговорим.

На дачу я отвожу семейство 27-го июня. Всю неделю буду в Нью-Йорке, а на выходные буду уезжать. Так что пиши смело по знакомому адресу."

"Теперь еще. Марья прислала 30 экземпляров «Демарша». Надеюсь, это только часть. Пока что тебе полагается 10 штук. Одну книжку я в понедельник вышлю с почты 1-м классом, а девять — 4-м. Если Марья пришлет, как я надеюсь, еще, ты все получишь.

Наум, я в полном цейтноте. Обнимаю.