Довести Хабиба

Хриплый голос на грани шепота вибрацией загудел в груди:

– Такого, как я, хотела сказать, Мадин?

Прикосновение грубых подушечек пальцев, издевательски ласковое, к моей щеке – как электрошок, прострелило насквозь. Я замерла, приоткрыв губы, но не смогла даже вдохнуть, не то что ответить.

Расплывающуюся у меня перед глазами хищная кривая ухмылка, горячая шершавость пальцев, гладящих моё лицо, чужое дыхание в моих лёгких и безумный сердечный ритм в ушах – больше в эту секунду не существовало ничего.

Человек- удивительное существо. По сути – зверь, но мечтающий им не быть. Обладающий инстинктами и делающий всё возможное, чтобы попытаться от них не зависеть. Накладывающий на любые физические реакции отпечаток разума, мысли.

Но иногда животная природа прорывается подобно вулкану, вмиг плавя весь налёт цивилизации. Не оставляя от тебя разумного ничего.

В это мгновение я забыла, кто я. Не могла думать, анализировать. Только животные простые реакции, которые я с трудом могла отследить краем сознания.

Страх, смятение и возбуждение.

Умопомрачительный коктейль, отключающий мозг. Мне было удушающе страшно от понимания того, что у меня нет никакой возможности при надобности отбиться от Хабиба. Его физическая мощь давила, заставляя ощущать себя абсолютно беспомощной. И от этого ласковые прикосновения его шероховатых пальцев к моей щеке ощущались особенно остро. Так, что все внутренности узлом скрутило и кожа стала нестерпимо чувствительной в попытке уловить эти чуть небрежные, легкие касания. Кажется, я перестала дышать.

Его ладонь накрыла мою щеку, сползла ниже, обхватывая шею. Не сильно, лишь давая прочувствовать грубую мозолистую кожу на внутренней стороне кисти. Большой палец прошелся по моим приоткрытым губам и язык укололо острым вкусом чужой кожи. Я сделала рваный вдох, ощущая, как гортань упирается в мужскую руку.

А на выдохе Хабиб меня поцеловал.

В первую секунду почти так же нежно, как касался пальцами щеки – давая прочувствовать, что его губы теплые и достаточно мягкие, что у них приятный терпкий вкус. Что это не принуждение, и я хочу сама…

И я хотела. Инстинктивно подалась к Сатоеву в желании углубить поцелуй, раскрывая рот и впуская толстый горячий язык. Вцепилась в его плечи, дурея от ощущения стальных мышц, хорошо прощупывающихся сквозь тонкую ткань свитера, под своими пальцами. Жалобно сладко всхлипнула. Словно сигнал, что да. И Сатоев его считал.

Ладонь на моей шее мгновенно сомкнулась жестким кольцом, уже ощутимо сдавливая горло. Мужские губы вжались сильнее, причиняя легкую навязчивую боль, язык глубоко проник в рот, мешая дышать. Хабиба вдруг разом стало безумно много. Запах, вкус, жар, давление.