Довести Хабиба

Хочу было отметить, что его тонкий юмор просто на высоте, но не успеваю, потому Хабиб снова меня целует, крепко перехватывая пятерней мой затылок и не позволяя увернуться.

Целует в этот раз жестко, давя на губы так, что они сразу начинают ныть. Глубоко проталкивает в меня свой язык, отчего мне становится сложно дышать. Рот заполняется нашей слюной, сладковатой моей и его, немного горькой, с привкусом каких-то специй. Странное ощущение беспомощности охватывает полностью – он слишком давит, и я ощущаю себя безвольной куклой, которая сейчас пятится к кровати, подталкиваемая своим кукловодом, не перестающим ее целовать.

Мои руки слабеют, не в силах больше держать Хабиба за шею, опускаются ниже, ласково очерчивая напряженные могучие плечи, шумно поднимающуюся волосатую грудь. Он так напирает, а мне хочется нежно. Хочется гладить его, дышать глубже его агрессивным запахом и ощущать, как он становится сладким и теплым в груди, расползается таким по кровотоку. Будто хочется задобрить, милость себе вымолить.

Колени подгибаются, когда ноги сзади упираются в кровать. Пальцы соскальзывают с мужской груди и царапают ноготками поджавшийся живот, прокладывают себе путь ниже, прямо по дорожке жестких волос, уходящей под пояс плавательных шорт. Язык Хабиба проходится по моему небу и переплетается с моим в каком-то отчаянно- жадно жесте.

Левая рука, лежащая на моем бедре, оттягивает в сторону ягодицу, болезненно сминая мягкую плоть. Моя ладонь пробирается под резинку шорт и обхватывает тугой пульсирующий кровью член. Руку словно током прошибает до самого плеча и отдает мучительным спазмом между ног. Жадно ощупываю, скольжу пальцами по выступающим венам, изучая, и сжимаю мокрую, крупную, такую бархатистую головку.

Боже, ничего более выдающегося в жизни не трогала…Можно кончить, просто щупая. Так сказать, из любви к прекрасному.

Сатоев шумно дышит мне в рот, немного замедляя поцелуй и замирая. Тоже, похоже, прислушивается к моим любопытным прикосновениям. И я сама уже целую его более страстно, всасывая в себя толстый язык. Хотя, конечно, не такой толстый, как…"

"Переполняет животный восторг и одновременно легкий ужас…Мне кажется, мы физически мы не совсем совпадаем…Фантазия моя рисует жутковатые картинки, и я, решившись, сдавленно выдаю, отстраняясь.

– Ты же помнишь, что не выиграл, – сиплю, моментально сгорая от стыда, кусаю губу и почти беззвучно уточняю, – Ну, попу…Я против, не люблю так…

Боже, охота сквозь землю провалиться от подобных разговоров. Тем более, когда в ответ на тебя так похабно- насмешливо смотрят, а огромный налитый член радостно дергается именно на слове ""попа"" в твоей руке.

– НЭ лУбишь…Ладно.