Доверься мне

Волосы на моем затылке встают дыбом, когда она щелкает замком, и я понятия не имею, что делать. Я стою здесь как осел, уперевшись взглядом на запертую дверь, потому что сейчас я не могу смотреть на эту женщину, ну, если хочу удержать себя в штанах. Я в двух секундах от того, чтобы повалить ее на кровать и сорвать с нее это платье.

Комната наэлектризована, будто вот-вот ударит молния.

Я делаю глубокий вдох и с облегчением выдыхаю, когда слышу захлопывающуюся дверь ванной. Опустившись на край кровати, я пялюсь в потолок, пытаясь держать себя в руках.

Я поправляю выпуклость в штанах, что больно, и пытаюсь избавиться от возбуждения разговором о чувствах.

— Эй, Олли, — тихо зову я. Я мотаю головой и провожу руками по лицу. — Я думаю, нам стоит поговорить о… — Господи, как же тяжело. — Ты мне нравишься, — пролепетал я, по меньшей мере, второй раз. Я разговариваю с дверью. — Я подумал… может, мы могли бы… я мог бы… может, ты научишься доверять мне, ну, дашь мне шанс, если я покажу тебе… что ты можешь мне доверять… — когда я заканчиваю, это едва слышный шепот, потому что понятия не имею, какого хрена я делаю.

Тишина.

А потом: — Завтра.

Я вскакиваю на ноги.

— Что?

— Мы поговорим завтра. После того, как ты приготовишь мне индейку на завтрак.

ДА!!! Я смотрю вниз на главную часть своего тела. Он не опустится в ближайшее время, ведь как и я, очень рад.

— Слышишь, приятель? — нетерпеливо шепчу я ему. — Мы, блять, продвинулись!

— Картер? — зовет Оливия. — Можешь помочь?

Перебежав через комнату, я останавливаюсь, держа руку на ручке. Я уже собираюсь спросить, одета ли она, но тут она открывает дверь, хватает меня за руку, втягивает внутрь, и я готов умереть, когда она говорит.

— Мне нужно расстегнуть молнию.

Блять. Блять, блять, блять, блять.

— Картер, — Оливия переплетает наши пальцы. — Мне нужно, чтобы ты посмотрел на меня, если хочешь помочь.

О. Точно. Я смотрю на свои ноги. Я смеюсь. Очень нервно. Провожу рукой по груди, прежде чем наконец поднять голову и покрутить пальцем в воздухе.

— Повернись, красотка, — приходит и уходит уверенность.

Когда в зеркале наши глаза встречаются, она мне улыбается. Так мило и немного сонно, видимо, от алкоголя, который она выпила и сна, в котором она, вероятно, нуждается. Когда ее зубы прикусывают в нижнюю губу, я улыбаюсь. Она маленькая дразнилка, и я уверен, что она это понимает.

Я смахиваю ее шелковистые, распущенные локоны со спины, укладываю их на плечо, а затем провожу пальцем по ее шее до платья, прямо там, где…

— Ол. Здесь… здесь нет молнии. Твое платье… — я тяну за мягкую ткань глубокого лесного зеленого цвета, наблюдая, как она легко стягивается со спины, открывая безупречную, кремовую кожу, скрывающуюся под ней, — тянется.

— О, точно, — она соблазнительно смотрит на меня.