Доверься мне

Она стягивает мои шорты, и я шиплю, когда ее рука обхватывает мой член. Он привстает в ее крепкой хватке, и я нащупываю свой телефон, делая снимок в тот самый момент, когда она обхватывает меня ртом.

Я собираю ее влажные локоны в кулак.

— Я просто блять люблю тебя.

Черт, вы когда-нибудь видели, как самая красивая девушка в мире улыбается вам с вашим членом во рту? Боже, это стоит увидеть. Я делаю еще один снимок, прежде чем откинуть ее голову.

— Мне нужно, чтобы ты оседлала меня, детка. Прямо сейчас, блять.

Оливия прижимается ко мне, раскачивается, позволяя моему члену скользить по ее влажной щели, и когда она приподнимается, выставляя головку вперед, я останавливаю ее.

— Подожди. Я просто хочу сказать… спасибо. Спасибо за сегодняшний день, Олли. Провести день, делая то, что мы с папой делали вместе, поехать со мной к нему… для меня это значит многое. Спасибо тебе.

Она нежно и немного застенчиво улыбается, и садится обратно на мои бедра.

— Я подумала, может, в следующем году на день рождения твоего отца мы проведем вместе всю неделю, как он всегда делал, с тобой, твоей сестрой и твоей мамой. Сделать то, что вы делали вместе. И Хэнка позовем. Мы можем поделать то, что они любили делать с Ирландией. Может, это будет отличным поводом это вспомнить.

Я не знаю, как нашел ее, но я уверен, что это была судьба точно так же, как я одной ночью вошел в тот же бар, что и Хэнк.

— Могу я спросить тебя кое о чем, Олли? Что ты сказала? Моему отцу? Когда ты встала на колени…

— Спасибо.

— Спасибо?

— Я поблагодарила его за то, что он подарил мне еще одну семью, доверил мне любить их. Я поблагодарила его за то, что он вырастил человека, которого я люблю, и за то, что он привел его ко мне, — ее рука скользит по моей челюсти. — Я поблагодарила его за тебя, Картер.

Моя грудь сжимается, в горле комок, который невозможно проглотить, но я все равно пытаюсь. Когда это не срабатывает, я смотрю на небо, и одна слеза капает из моего глаза. Губы Оливии ловят ее, и когда она шепчет, как сильно она меня любит, я зарываюсь в нее до основания. В самое лучшее, что когда-либо было моим.

— Ты сожжешь стейк, если не перестанешь смотреть на меня.

Я ухмыляюсь Оливии, и подмигиваю ей. Она лежит на траве на одеяле, ноги подняты вверх, в руках книга, кудри на макушке собраны. Я не знаю, как кто-то сможет отвести от нее взгляд, но она придирчива к тому, какой должен быть ее стейк, а мне нравится ей угождать, так что я все же отрываю свой взгляд.

Сегодняшний день был прекрасен, это лишь тизер грядущего лета, дней, которые мы проведем вместе, и я не хочу, чтобы они заканчивались. Этот день оказался отдыхом, которого я так хотел. Отдых от постоянной необходимости быть на связи, от постоянных размышлений о следующих матчах.