Мир Аматорио. Доверие

– Почему? Оно тебе не нравится?

– Это самое красивое платье, которое я могла представить. Но… В меня стреляли, и я не хочу, чтобы мою рану видели.

Десмонд отстраняется от меня, несколько секунд его голубые глаза смотрит в мои. А затем он разворачивает меня к себе спиной и подводит к зеркалу.

– Детка, только посмотри на себя, – он наклоняет голову и целует меня в открытое плечо. От его губ по коже пробегает табун мурашек. – Разве что-то может испортить твою красоту?

Мое дыхание становится прерывистым, когда его губы скользят выше и медленно переходят к чувствительной коже на шее. Его теплые вздохи окутывают меня, пока его сильные руки обхватывают мою талию и сжимают ее.

– Не имеет значения, что на тебе, или что ты собираешься надеть. В первый день нашей встречи, когда на тебе была мультяшная толстовка и шорты, открывавшие вид на длинные, блять, чертовски длинные ноги, я думал только о том, чтобы закинуть их к себе на плечи.

Он прикусывает мою мочку уха, пока его руки поднимаются с талии и принимаются затягивать шнуровку на моей спине. С каждым вдохом мне кажется, что воздух в спальне становится максимально наэлектризованным. Кажется, еще немного и проскочит вспышка молнии, пока Десмонд затягивает ленту на платье, а его взгляд неотрывно смотрит на меня в зеркале. И я тоже не могу отвести от него глаз.

Десмонд стоит позади меня, высокий, темный пиджак плотно обтягивает его крепкие плечи. На фоне его широкой и сильной груди я кажусь совсем маленькой и хрупкой. Под моим платьем бешено колотится сердце, когда его губы трогает неторопливая улыбка. От каждого ее дюйма моя кровь буквально гудит, и я теряю счет времени, пока мы пожираем друг друга глазами.

– Ты самая красивая, из всех, кого я встречал, – шепчет Десмонд, нарушая тишину в спальне. – Но ты не только сладкая и горячая. Ты сильная, смелая и готова пойти на все ради тех, кого любишь. И мне хочется, чтобы ты знала…

С этими словами он разворачивает меня к себе, и мы оказываемся так близко, что наши носы соприкасаются друг с другом. Подняв руку, он проводит большим пальцем по щеке и глядит мне в глаза.

– Ни одна гребаная царапина, ни один порез или рана не испортит тебя. Твою красоту и твою силу.

– Знаешь, – шепчу я. – Под всем этим самоуверенным и дерзким видом у тебя самое большое сердце.

– И оно твое, – говорит он и смотрит на меня так, словно я самое ценное, что у него есть. – Я люблю тебя, Крис.

Он целует меня, и мое сердце снова трепещет. Я люблю в Десмонде абсолютно все, и как бы мне не хотелось продолжать наш поцелуй, но сюда может в любой момент войти Даниэль. И мы не можем повторить нашу забаву, которая случилась в больнице.

– Ты должен кое-что увидеть, – шепчу я, отстраняясь от Десмонда.