Доверие

Не хотелось бы видеть ее слезы, но, если она заплачет, я хочу, чтобы моя кузина знала: ее утешат.

Отвернув лейку к стене, подхватываю полотенце с вешалки и повязываю его вокруг талии. Приближаюсь к Тирнан, останавливаюсь сзади, наслаждаясь ее нервозностью. Она едва дышит.

Вдруг у меня возникает мысль о том, что еще может понадобиться молодой женщине, и улыбка сползает с моего лица.

Какая она, когда полностью отдается эмоциям?

Взяв ее косу, растираю волосы пальцами и облизываю внезапно пересохшие губы.

Тирнан смотрит на меня округлившимися глазами. Я моргаю, очнувшись от транса. Вновь осторожно потянув за косичку, спрашиваю:

Для пущего эффекта хлопаю ресницами, мастерски дуясь, и молю:

– С дополнительной порцией черники?

Она поджимает губы, скрещивает руки на груди и отводит взгляд. Однако не отказывает.

– Спасибо. – Чмокнув ее в лоб, с силой дергаю за косу, хохочу и выпрыгиваю из ванны. Девушка шлепает меня по спине, пока я спасаюсь бегством.

Задвигаю шторку, после чего достаю второе полотенце и сушу свои волосы.

Развернувшись, тянусь к дверной ручке, поворачиваю ее, но в этот момент замечаю боковым зрением, как что-то вылетает из-за душевой шторки. Я останавливаюсь и вижу на полу фланелевую рубашку Тирнан – точнее, мою рубашку. Резко подняв взгляд, сжимаю ручку, слежу за движениями ее силуэта за белой тканью. Джинсовые шорты падают следом, и я опускаю глаза, крепче вцепившись в дверь.

Мое тело окутывает теплом.

Я уже слышу ветры, которые будут гулять по чердаку всего через два месяца. Чую запах снега, который пойдет зимой.

На протяжении многих недель придется делить с ней тихий дом и темные комнаты, моменты под горячим душем, в укромных углах, тихими ночами…

В кои-то веки я с восторгом предвкушаю все это.

Снова заперев замок, оборачиваюсь и смотрю на Тирнан сквозь шторку. Я буквально вижу, как белье липнет к ее телу. Вспоминаю подтянутые голени и бедра.

А что, если я ей нравлюсь? Что, если это произойдет всего раз? Останется секретом? И отец никогда не узнает.

Возможно, завтра, а не сегодня. Или на следующей неделе. Здесь, в душе, где нас никто не увидит.

Но я качаю головой, открываю дверь и быстро выхожу.

И мне новая зарубка на ремне тоже не нужна.

Голову проверить не помешало бы. Бедная девочка совсем недавно потеряла родителей.

– Ого, вау! – восклицает Тирнан, спрыгнув с погрузочной площадки пикапа и глядя на водопад.

У нас ушло два часа, чтобы разобраться с делами, запастись пивом, закусками, принадлежностями для рыбалки и доехать сюда.

Я захлопываю дверцу. Калеб направляется к воде.

– Ага… – Перевожу взгляд с маленького пруда на водопад, срывающийся с утеса, на спокойную воду перед пещерой и ручей слева.

– Вижу, почему ты так и не уехал, – произносит девушка, улыбаясь моему отцу.