Доверие

Будто я могла раствориться в ком-то.

Прокашлявшись, выпрямляюсь.

– Ладно. – Закрываю тюбик и вручаю ему. – Держи.

Калеб забирает мазь и смотрит на меня не моргая.

– Перед сном смажь еще раз.

Он не кивает, никак не показывает, что услышал, лишь продолжает пялиться.

– Ланч! – кричит Ной.

Встрепенувшись, я смотрю на него через двор. Подойдя ко второму пикапу, он интересуется:

– Не хочешь прокатиться со мной? Я за чизбургерами.

Не уверена, со мной он разговаривает или со своим братом. Переведя взгляд обратно на Калеба, замечаю, что его внимание по-прежнему сосредоточено на мне.

И я… сомневаюсь, что стоит оставаться здесь с ним наедине.

Я должна поехать с Ноем.

– Иду, – отвечаю я, удерживая зрительный контакт с Калебом, и пячусь назад. То, как он на меня смотрит, явно свидетельствует о том, что я права.

Мне нельзя оставаться с ним наедине.

Взмахом руки она сметает мои «Волшебные шахматы Гарри Поттера». Некоторые фигуры падают на пол.

– Ной, подъем! – орет отец за дверью моей спальни. Его шаги затихают, когда он спускается по лестнице.

– Я горячее? – всхлипывает она.

– А мои сиськи? – Обхватив ладонью заднюю поверхность моей шеи, девушка буквально сует грудь мне в лицо. – Они тебе нравятся больше?

Слегка закатив глаза, все-таки прикусываю ее сосок для пущего эффекта. Сиськи у нее действительно лучше, чем у Рори, только Рори хоть какое-то представление имеет о прелюдии. А эта девчонка запрыгивает на мой член в шесть утра и ждет, что я мгновенно приду в полную боевую готовность. Это просто оскорбительно, если говорить откровенно.

К счастью, мне удалось пробудить грязные воспоминания о старшей школе, чтобы настроиться.

Она откидывается назад, проводит ладонями по своему телу, сжимает груди. Ее белокурые волосы спадают на спину. Затем девчонка ударяет рукой по стене и стонет от удовольствия.

Господи, твою мать. Если Тирнан еще не проснулась, это ее точно разбудит.

Я стягиваю руку Реми со стены, принимаю сидячее положение и целую ее в попытке заглушить стоны. Шуметь ночью – одно дело. Шуметь с утра – значит напоминать всем, что я опаздываю на работу, трахая восемнадцатилетнюю сестру своей бывшей.

– Ной! – опять рявкает папа с первого этажа.

Голова идет кругом. Происходящее меня не заводит.

Однако выходить из комнаты и встречаться с отцом я тоже не хочу. Я ускоряю темп, целую ее шею, тяну за волосы, трахаю снизу. Стоны Реми становятся громче.

Ну же, детка. Кончи.

– Мне нравится трахать тебя, – мурлычет она.

– Рада, что пришла моя очередь.

– Давай жестче. – Она часто дышит. – Я папочкина маленькая шлюшка.

Фу. Какого хрена? Закрываю глаза. Живот сводит.

– Ты не причинишь мне боли, Ной.

За-а-а-а-а…ткнись, мать твою.

Все.