Доверие

Ей требуется минута, чтобы вспомнить, на чем мы остановились. Тирнан опять злобно смотрит на меня.

– Тебе не нужно выглядеть красиво, – вмешивается мой отец. – В наших краях те, кто красиво выглядят, оказываются замужем и беременеют в восемнадцать лет.

– Твои сыновья явно в курсе, что такое презерватив, и я тоже.

– К тому же, – добавляет девушка, – у меня не было ни одного бойфренда. Вот когда я попробую отношения с тремя, тогда можешь начинать беспокоиться по поводу моего возможного замужества и беременности.

– Тремя? – бурчу я с набитым ртом.

Тирнан колеблется. Судя по виду, моя кузина предпочла бы не объясняться.

– Моя мать сказала, что женщина не должна выходить замуж, пока не получит опыт по крайней мере с тремя…

Она взмахивает рукой, будто я знаю, как заканчивается это предложение.

– Тремя?.. – подначивает папа.

– Любовниками, – вырывается у нее. – Бойфрендами, без разницы.

– О чем ты, черт побери?

Выдохнув, Тирнан приосанивается. Очевидно, что ей неловко. Наконец она берет кетчуп, соусы «Heinz» и «A.1». и расставляет их друг за другом.

Ошарашенно уставившись на нее, отец забывает про еду, которую жевал.

– Со вторым ты изучаешь себя. – Она касается бутылки «Heinz». – Твое первое увлечение разбило тебе сердце. Ты грустишь, но по большей части злишься. Злишься достаточно сильно, чтобы не позволить этому произойти вновь, – поясняет Тирнан. – Чтобы в этот раз не отдавать себя слишком свободно. Чтобы не уступить свою власть и не стать его девочкой по вызову, которая в полночь будет сидеть и ждать, соизволит ли он появиться.

Она описывает нас, я так понимаю.

– С номером два ты наконец-то узнаешь, на что способна, – продолжает кузина, заправив прядь, выбившуюся из ее хвоста, за ухо. – Становишься требовательной. Смелеешь, не боишься самостоятельно принимать решения. Не боишься быть более жадной в спальне, потому что важнее то, чего хочешь ты, а не он. Второй нужен, чтобы им пользоваться. В некотором смысле.

– Твою мать, чему она тебя научила? – бормочет он.

Но мне хочется, чтобы девушка рассказывала дальше.

– И номер три? – интересуюсь я, подняв «A.1».

– Любовь. – Тирнан выхватывает бутылку. – Когда уроки о твоих слабостях с номером один и твоего эгоизма с номером два усваиваются, ты находишь золотую середину. Когда ты понимаешь себя, готова с радостью принять его таким, какой он есть, и больше не боишься, – произносит она, поставив соус на место. – В конечном счете счастливого финала может не получиться, зато ты вступишь в здоровые отношения и будешь гордиться своим поведением.

– Думаешь, к советам твоей матери стоит прислушиваться? – говорит отец.

– Она была никчемной матерью, – отмечает Тирнан. – В остальном – ничего подобного.